Книга В разводе. Ты забрал мою жизнь, страница 68 – Ирина Суздалева

Человек, переживший развод, суды, больницу, диализ и племянницу с костным мозгом.

И при этом чувствую себя девочкой, которую довели до дома после первого свидания.

— Спасибо за вечер, — говорю тихо, перебирая пальцами ремешок сумки.

— Пожалуйста, — Андрей держит букет в одной руке и смотрит на меня так внимательно, будто видит все, что я сейчас не могу сказать.

Пауза получается длинной.

Слишком длинной.

Понимаю, что сейчас по всем законам жанра нужно пригласить его в гости. На чай. На кофе. На разговор. На что угодно. Но язык не поворачивается. Внутри снова поднимается тревога — не острая, не паническая, но отчетливая. Рано. Слишком рано. Я до сих пор пугаюсь от одного поцелуя на палубе, господи, о каком “в гости” вообще речь?

— Я… — начинаю, теребя ключи в сумке, и тут же замолкаю.

Андрей вдруг едва заметно улыбается:

— Я бы все равно не вошел.

Моргаю.

— Что? — поднимаю на него растерянный взгляд.

— Рано еще, — мужчина спокойно забирает у меня букет, чтобы я достала ключи, и его голос становится чуть ниже, теплее. — Ты вон от одного прикосновения пугаешься.

Щеки вспыхивают.

— Очень тактично, — бурчу, наконец нащупывая ключи.

— Зато честно, — Андрей смотрит на мои пальцы, потом снова поднимает глаза на меня.

— Ты всегда такой невыносимо честный? — спрашиваю, чтобы скрыть смущение.

— Привыкай, — снова повторяет он, и от его фразы внутри становится почти больно.

Потому что хочется.

Хочется привыкнуть.

К его голосу. К взгляду. К спокойствию. К тому, что он не входит туда, куда его не зовут. К тому, что целует, только спросив. К тому, что отпускает, когда мне страшно.

Делаю шаг ближе. Совсем маленький. Почти незаметный. Андрей не двигается, только смотрит, и в его глазах появляется то самое тепло, от которого я снова забываю, как правильно дышать.

— Спокойной ночи, — шепчу.

— Спокойной ночи, Алла, — Андрей чуть наклоняется ко мне.

Мужчина целует меня в висок.

Не в губы.

В висок.

Легко, бережно, почти невесомо. А у меня почему-то от столь легкого касания подкашиваются ноги сильнее, чем от поцелуя на теплоходе.

Уже тянусь к ключам, уже почти нахожу нужный в сумке, когда за спиной раздается знакомый голос — холодный, резкий, пропитанный такой собственнической злостью, что по коже тут же проходит ледяная дрожь:

— Смотрю, ты быстро нашла мне замену.

Голос Льва ударяет в спину так резко, что на секунду у меня действительно подкашиваются ноги. Не красиво, не драматично, не как в кино, где героиня медленно оборачивается с гордо поднятым подбородком. Нет. Внутри просто все ухает вниз, будто кто-то резко выдернул пол из-под ног, а пальцы, которые только что шарили в сумке в поисках ключей, замирают на холодном металле брелока.

Андрей остается рядом. Не делает резких движений, не бросается вперед, не начинает выяснять отношения вместо меня. Только теплой и крепкой ладонью, почти незаметно касается моего локтя, будто молча напоминает: "я здесь". И, черт возьми, почему-то именно его короткое прикосновение удерживает меня от паники лучше любой стены.

— Смотрю, ты быстро нашла мне замену, — повторяет Лев, подходя ближе. В его голосе звенит такая мерзкая, собственническая злость, что у меня внутри поднимается почти усталое раздражение.

Медленно оборачиваюсь.