Книга Невозможный проект, страница 138 – Ария Снежная

— Проснулась? — раздался знакомый голос.

Адам сидел в углу, наблюдая за мной. Его лицо было спокойным, но в глазах читалось что-то тревожное, почти болезненное.

— Где я? — прошептала я, с трудом выдавливая слова.

— В безопасности, — ответил он, как будто это должно было меня успокоить. — Ты не понимаешь, как много я для тебя сделал. Сколько раз пытался уберечь тебя от ошибок. Но ты не слушала.

Я хотела ответить, но слова застряли в горле. Вместо этого я просто смотрела на него, пытаясь понять, что происходит.

— Теперь всё будет по-другому, — продолжил он, вставая и подходя ближе. — Ты останешься здесь, пока не поймёшь, что я делаю это ради тебя.

Его слова звучали как угроза, замаскированная под заботу. Я закрыла глаза, чувствуя, как страх и отчаяние сжимают грудь. Но где-то глубоко внутри теплилась надежда. Надежда на то, что кто-то заметит моё исчезновение. Что Виктор или кто-то другой найдёт меня.

Адам медленно подошёл к кровати, где я лежала, всё ещё слабая и неспособная сопротивляться. Его глаза блестели странным, почти болезненным светом, когда он начал говорить.

— Ты знаешь, я всегда любил твою мать, — начал он, и его голос звучал так, будто он говорил не со мной, а с кем-то далёким, с призраком из прошлого. — Она была… совершенством. Её улыбка, её голос, её смех — всё в ней было таким живым, таким настоящим. Я полюбил её с первого взгляда.

Он сел на край кровати, его взгляд стал расфокусированным, словно он снова видел её перед собой.

— Но твой отец, Алексей, — его голос дрогнул, и в нём появилась нотка горечи, — он всегда забирал то, что принадлежало мне. Наглый, самоуверенный, он просто… увёл её. Я не мог поверить, что она выбрала его. Но я не сдавался. Я всегда был рядом, даже когда они были вместе. Я надеялся, что однажды она поймёт, что ошиблась.

Его пальцы сжались в кулаки, и я заметила, как дрожь прошла по его телу.

— Но потом она забеременела тобой, — продолжил он, и его голос стал тише, почти шёпотом. — Её здоровье ухудшалось с каждым днём. Алексей… он не заботился о ней как следует. Он был слишком занят своими делами, своими амбициями. А она… она угасала на моих глазах.

Папа почти не рассказывал мне о матери. Я знала лишь то, что ему тяжело далась её потеря.

Он замолчал, и в комнате повисла тяжёлая тишина. Я чувствовала, как моё сердце бьётся всё быстрее, но не могла оторвать взгляд от него. Его слова звучали как приговор, и я понимала, что он не шутит.

— Она умерла при родах, — наконец произнёс он, и его голос стал резким, полным ненависти. — Из-за него. Из-за его халатности. Он убил её, даже не понимая этого. И я поклялся, что никогда не прощу его за это.

Адам поднял глаза и посмотрел на меня. Его взгляд был таким пронзительным, что я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Но потом я увидел тебя, — продолжил он, и его голос смягчился, стал почти нежным. — Ты была такой маленькой, такой хрупкой. И в тебе было столько от неё. Её глаза, её улыбка… Ты стала для меня всем. Я понял, что ничего прекраснее тебя не видел.

Он протянул руку, чтобы коснуться моего лица, но я инстинктивно отклонилась. Его рука замерла в воздухе, а в его глазах вспыхнула ярость.

— Ты стала моим наваждением, — прошептал он, и его голос снова стал холодным. — Я не мог позволить тебе уйти. Я не мог позволить никому забрать тебя у меня. Ты должна понять, Роксана, что я делаю это ради тебя. Чтобы защитить тебя. Чтобы ты никогда не повторила её судьбу.