Книга Бывшие. Хочу только тебя, страница 53 – Катерина Вишневская

Демид целует мои пальцы. Я убираю руку от его рта, отворачиваю голову к своему окну, и босс снова погружается в работу.

Хорошо, что мы отделены от водителя перегородкой, и он не может слышать и видеть нас. Иначе бы я сгорела со стыда.

Чтобы сменить градус разговора, спокойным голосом спрашиваю своего привлекательного попутчика:

— Ты пообедал?

— Нет, — коротко отвечает Демид.

Не поворачивая головы, задаю логичный вопрос:

— Почему?

— Аппетит пропал, — отвечает босс, устало потирая лицо.

На секунду мне становится немного стыдно. Но только на секунду. Я не обязана. В конце концов, у меня своя жизнь, а у него своя. И то, что мы работаем вместе и иногда спим, не означает…

— А как прошёл ваш обед с Алексом? Он не приставал к тебе? — недовольно произносит Демид. Он по-прежнему ревнует меня к своему брату, и это очевидно.

Возмущённо поворачиваю голову в его сторону, впиваюсь взглядом в его лицо и недовольно шиплю:

— Разумеется, нет. Алекс не такой, как ты…

— Конечно, не такой. Поэтому ты со мной, а не с ним, — нагло перебивает Демид, быстро целует меня в висок и возвращает своё внимание документам.

— Я не с тобой, Савицкий, — недовольно ворчу я и скрещиваю руки на груди.

Босс резко откидывает бумаги в сторону. Отчего они разлетаются по салону. Хватает меня за талию, притягивает к себе. Ведёт носом по щеке, вдыхая мой запах.

— Ты со мной, Ида! Подо мной и особенно мне нравится, когда на мне…

Ида

В пятницу, вечером, когда мы уже собираемся расходиться по домам, в кабинет влетает Алекс и взволнованно произносит:

— У отца инфаркт! Он в больнице. Я не мог до него дозвониться, позвонил маме, и она сказала… — его голос срывается, и он замолкает.

Я в ужасе, смотрю на друга, не в силах вымолвить ни слова.

— Как это произошло? — встревоженно спрашивает Демид, вскакивая из-за своего письменного стола.

Помогая мне надеть плащ, Алекс сдавленно произносит:

— Мама не смогла ничего объяснить. Она плакала и просила быстрее приехать. Адрес я тебе отправил. Лучше ты за рулём.

— Я понял. Едем! — решительно говорит Демид и направляется к выходу.

Мы собираемся и, не теряя ни минуты, запрыгиваем в машину и несёмся в больницу. На пассажирском месте, рядом со старшим братом, сидит Алекс. Я устраиваюсь на заднем сидении.

Демид сосредоточенно смотрит на дорогу. Его челюсти сжаты, а брови сведены к переносице. Крепко сжимая руль обеими руками, он умело маневрирует автомобилем.

Алекс, в разы более чувствительный и ранимый, чем старший брат, что-то гуглит в телефоне. Его пальцы дрожат. Слёзы наворачиваются на мои глаза и я, прижимаясь к его креслу и правой рукой, обнимаю его сзади.

Он отрывается от своего занятия и благодарно сжимает мою руку. Краем глаза Демид следит за нами, но ничего не говорит.

Наконец, мы подъезжаем к больнице. Демид быстро паркует машину, и мы врываемся в здание. Медсестра подсказывает нам нужное направление, мы поднимаемся на указанный этаж и находим соответствующее отделение.

Там нас встречает мама парней — Мария Дмитриевна. Видно, что она пытается держаться, но непослушные слёзы так и струятся по её щекам.

При виде мамы ребят моё сердце сжимается от боли. Мне очень жаль, что ей приходится проходить через этот ад. Ей и её сыновьям.

Когда она видит своих мальчиков, сдерживаться ей становиться ещё труднее, слёзы застилают её глаза, а из горла вырывается стон.