Книга Ариран, страница 87 – Айская

— Этот торт... и эта надпись... Я запомню этот день на всю жизнь и...

Лика не дала ему договорить. Она сократила расстояние между ними в два шага и буквально влипла в его губы. Это был поцелуй, в котором смешались страх быть пойманными и безумная, отчаянная нежность. Бэк ответил мгновенно, притягивая её к себе за талию так сильно, словно хотел срастись с ней.

Когда воздуха стало катастрофически не хватать, он неохотно отстранился всего на пару сантиметров. Его дыхание было рваным, а взгляд — затуманенным.

— Я тоже тебя люблю, — прошептал он, и его голос вибрировал от сдерживаемой страсти. — Ты даже не представляешь, как тяжело мне было стоять там, за кафедрой. Каждый час в этом университете без возможности коснуться тебя, для меня пытка. Я едва сдерживаю себя, чтобы не сорвать с тебя всё лишнее прямо здесь и сейчас, наплевав на все приличия.

Лика почувствовала, как по телу пробежала горячая волна. Она медленно разжала пальцы, и её сумка с глухим стуком упала на пол. Она ехидно прищурилась, глядя ему прямо в глаза.

— Ну... раз уж это твой крайний день в этих стенах, — прошептала она, обжигая его дыханием, — почему бы нам не пошалить напоследок? Считай это моим личным зачетом по «практическим занятиям». Обещаю, я буду очень прилежной ученицей, а ты можешь поставить мне «автомат» за... особое рвение.

Бэк замер, глядя на неё со смесью жгучей страсти и настоящего шока. Его кадык дернулся. В нем сейчас боролись два человека: влюбленный мужчина, который хотел подхватить её на руки и забыть обо всем мире, и строгий «преподаватель» Сон Джин, который привык держать всё под контролем.

— Лика... это... это безумие, — выдохнул он, пытаясь собрать остатки рассыпающегося в прах самообладания. Он положил ладони ей на плечи, словно пытаясь слегка отстранить, но его пальцы лишь сильнее впились в её кожу. — Мы в государственном учреждении. У меня еще не подписан обходной лист, а ты предлагаешь мне... устроить здесь филиал с рейтингом 18+?

— А почему бы собственно и нет? — ехидно произнесла она. — Вспомни как было весело в аудитории, когда нас чуть не поймал Пак.

Он попытался напустить на себя серьезный вид, но его расстегнутая на две пуговицы рубашка и горящий взгляд делали эту попытку жалкой.

— Я должен был быть серьезным «преподавателем» до последней минуты, — пробормотал он, хотя его губы уже снова тянулись к её шее. — Но ты... ты всё разрушаешь. Ты понимаешь, что если нас поймают, «чумовая жаба» станет самым мягким эпитетом в моей личной жизни?

Лика лишь тихо рассмеялась, чувствуя, как его сопротивление тает под её пальцами.

Бэк еще пытался что-то говорить о правилах приличиях и обходном листе, но его голос становился всё тише, превращаясь в хриплый шепот. Когда Лика дерзко потянула его за край галстука, окончательно сокращая дистанцию, последние бастионы его самообладания рухнули с грохотом.

— К черту правила приличия, — выдохнул он, сдаваясь.

Его руки, до этого осторожно лежавшие на её плечах, переместились на её талию, и в следующее мгновение Лика почувствовала, как он рывком усадил её на край массивного дубового стола, заваленного какими-то документами. Бумаги с тихим шелестом разлетелись по полу, но ни один из них не обратил на это внимания.

Бэк втиснулся между её коленей, прижимаясь к ней всем телом. Его поцелуи стали требовательными, почти жадными. Лика запустила пальцы в его идеально уложенные волосы, безжалостно разрушая прическу строгого «препода», и тихо застонала, когда его губы коснулись чувствительной кожи на её шее.