Книга Ариран, страница 23 – Айская

Глава 8

Спустя несколько пар, Лика направилась в аудиторию, где преподавал Бэк. Внутри неё бушевала буря эмоций: злость на Бэка, раздражение на ректора, азарт от собственной дерзости и… то самое чувство, которое она пыталась заглушить — странное, волнующее притяжение к человеку, который одновременно пугал и завораживал её.

У дверей аудитории Миён остановилась и шепнула:

— Готовься. Сейчас будет жарко.

Лика глубоко вдохнула, поправила куртку, расправила плечи и толкнула дверь. В аудитории уже сидели студенты, гул разговоров стих, когда они вошли. Бэк стоял у доски — высокий, строгий, с папкой в руках. Его взгляд на мгновение встретился со взглядом Лики. В нём читалось предупреждение, вызов и… что-то ещё, что она не могла до конца понять.

— Рад, что вы всё-таки решили присоединиться, — произнёс он холодно, но в уголках губ мелькнула едва заметная усмешка. — Присаживайтесь. Мы начинаем.

Лика села на своё место, чувствуя, как по спине пробежал знакомый жар. Миён пихнула её в бок и беззвучно прошептала:

— Искры! Я же говорила!

Студенты сидели, затаив дыхание, но не из-за страха перед сложным материалом, а из-за тяжелой, почти осязаемой ауры, которая исходила от господина Бэка сегодня. Он стоял у доски, безупречный и холодный, но его взгляд, словно лазер, раз за разом возвращался к первому ряду, где Лика сидела, закинув ногу на ногу и демонстративно поигрывая ручкой.

Бэк Сон Джин поправил манжеты рубашки и начал лекцию.

— Тема сегодняшнего занятия — «Границы дозволенного и последствия их нарушения, по политическому управлению и социальному контролю», — начал он, и его голос, низкий и бархатистый, разнесся по залу, заставляя Миён нервно сглотнуть. — В любом здоровом обществе существуют нормы. Когда кто-то решает, что эти нормы на него не распространяются, возникает конфликт.

Он медленно прошелся вдоль стола и остановился прямо напротив Лики.

— Студентка Романова, — произнес он, и в аудитории стало так тихо, что было слышно жужжание мухи у окна. — начнем с вас.

Лика приподняла бровь, не прекращая вращать ручку.

— Я вся во внимании, господин Бэк.

— Как вы считаете, что движет человеком, который намеренно провоцирует... — он сделал паузу, его взгляд скользнул по её ажурному топу, —...систему? Это желание свободы или скрытая мольба о том, чтобы его наконец приструнили?

Лика замерла, чувствуя, как под его пристальным взглядом кожа начинает гореть. Она чуть подалась вперед, так что шипы на её куртке блеснули в свете ламп, приподняв бровь в фирменной дерзкой манере.

— Господин Бэк, — произнесла она с легким сарказмом в голосе, — при всем моем уважении к вашей...персоне, мне безумно интересно: какое отношение мои ноги или мой внешний вид имеют к макроэкономическим показателям и при чём здесь ваша политика? Мы здесь изучаем графики спроса или ваши личные фантазии о методах подавления?

Миён тихо пискнула и закрыла лицо руками. В аудитории стало так холодно, что, казалось, на окнах сейчас выступит иней.

Бэк Сон Джин не разозлился. Напротив, в углу его губ на мгновение мелькнула хищная, пугающая усмешка. Он оперся руками о стол Лики, сокращая расстояние между ними до опасного минимума.

— Прямое, Романова. В экономике, как и в жизни, — вкрадчиво прошептал он, и его голос вибрировал от сдерживаемой страсти. — самым опасным фактором является непредсказуемый актив. Актив, который выглядит слишком вызывающе, привлекает ненужное внимание и нарушает установленный порядок.