Книга Дорогое удовольствие, страница 71 – Татьяна Никандрова

— Тут другое! – мотаю головой я. – Она тогда была занята и…

— Это не предмет спора, Камила, – довольно грубо обрывает он. – Выпроводи подругу и возвращайся в спальню. Я тебя жду.

Не дождавшись моего ответа, Пеплов покидает зал, а я так и стою на месте, стиснув ладони в кулаки, и безуспешно пытаюсь проглотить зарождающуюся обиду. Дело даже не в том, что он не разрешил Оксанке пожить в этой квартире, а в том, что он напрочь не считается с моим мнением! Оно для него пустой звук!

Я, конечно, понимаю, что Антон не обязан предоставлять кров всем, кто об этом просит, но ведь это же такая мелочь! Он бы даже не заметил ее присутствия – все равно бывает здесь не больше трех раз в неделю, и то только по вечерам, после работы.

Сделав несколько глубоких вдохов, я возвращаюсь на кухню к подруге и медленно опускаюсь на стул напротив нее.

— Антон не разрешил тебе здесь остаться, – с тяжелым сердцем говорю я. – Извини.

— А уговорить не можешь? – не отступает Оксанка.

— Вряд ли. Он непреклонен, – развожу руками.

— М-да, – она барабанит длинными ногтями по столу, явно перебирая в голове варианты выхода из сложившейся ситуации, и вдруг ее лицо озаряется идеей. – Слушай, Ками, а давай я сама с ним поговорю? Это он при тебе он весь такой суровый мужик со стальными яйцами, а наедине мне его удастся уломать в два счета. На жалость надавлю, синяки под свет подставлю, понимаешь?

— Ну, не знаю, – в замешательстве тяну я.

— Пожалуйста! Мне реально жить негде! – она обхватывает мою ладонь и сжимает ее в своей. – Ну, не к мамке же мне с такой рожей соваться?

— Но у тебя же есть наличные, ты могла бы снять квартиру…

— Какую квартиру, Ками? Мне на эти деньги еще неизвестно, сколько жить придется! Пока нового спонсора найду, и месяц, и два пройти может!

— Оксан, а ты не думала завязывать с этим? – робко интересуюсь я. – Работу найти, например?

Подруга недовольно закатывает глаза и презрительно фыркает:

— Работу? И сколько я на работе получать буду? Тридцать, сорок тыщ? Ты хоть понимаешь, что у меня одни туфли пятьдесят косарей стоят? Понижать планку очень сложно, Ками! Не дай бог тебе с этим столкнуться!

Оксанка обиженно надувает губы, поглядывая на меня так, будто я ее предала. Она настолько привыкла к своему образу жизни, что сама мысль о работе кажется ей оскорбительной.

— Ну ладно, если хочешь, можешь с ним поговорить, – борясь с противоречивыми чувствами, вздыхаю я.

С одной стороны, Оксанка – моя подруга, и мой дружеский долг – помочь ей. Но с другой, Пеплов уже четко обозначил свою позицию на этот счет, и дополнительные обсуждения могут вызывать его недовольство. В конце концов, именно он платит за эту квартиру и ему решать, кто здесь будет жить, а кто нет.

Пока я размышляю над правильностью своего решения, Оксанка, вскочив на ноги, коротко чмокает меня в лоб и молниеносно скрывается в коридоре:

— Спасибо, дорогая, я быстро.

Когда Оксанка отправляется к Пеплову выпрашивать разрешения остаться здесь еще ненадолго, я включаю электрический чайник и принимаюсь наблюдать за медленно закипающей водой. Едва я успеваю засыпать заварку во френч-пресс и залить ее кипятком, как подруга вновь показывается на пороге кухни. Раскрасневшаяся и взбудораженная.

— Ну что? – вопросительно кошусь на нее. – Поговорила?