Книга Рей и Рита. Прости меня, моя любовь, страница 61 – Татьяна Никандрова

— Это будет пиздец, – он приподнимает брови и поджимает губы, а затем после недолгого молчания добавляет. – Интересно, а в таких случаях член тоже перестает работать?

Я закатываю глаза и осуждающе качаю головой:

— Ну что ты за человек такой, Рейман? Над тобой висит угроза остаться прикованным к кровати на всю жизнь, а тебя волнуют мелочи типа эрекции!

— Ни хрена себя мелочи! – он округляет глаза. – Секс, определенно, входит в список вещей, ради которых стоит постараться выздороветь! Или ты уже забыла, что такое оргазм?

— Ничего я не забыла, – огрызаюсь я, наливаясь краской.

— И когда ты последний раз его испытывала? – наглеет Рейман.

— Не твое дело!

— А со мной ты всегда кончала, да еще так громко, – продолжает издеваться он. – Как вспомню твое "да, Денис, еще, еще, еще", аж мурашки по коже…

— Замолчи! – я в бешенстве вскакиваю с кровати. – Не то я сейчас уйду!

— Ладно-ладно, Ритка, остынь, – смеется парень. – Я же шучу. Просто так приятно воскрешать в памяти твое обнаженное тело…

Нет, ну это уже чересчур! Он явно берега попутал!

— А девушка, с которой ты мне изменил, тоже громко кончала? – мрачно интересуюсь я, решив атаковать засранца его же оружием. – А? Что скажешь?

Самодовольная улыбка тут же сползает с лица Дениса, и он пристыженно опускает взгляд. То-то же! Пусть в следующий раз фильтрует свой разговор!

— Ого, а ты кусаться научилась, – хмуро подмечает парень.

Да, это и впрямь прогресс, впервые в жизни мне удалось его приструнить.

— Пришлось, – опускаясь на стул, хмыкаю я.

После того, как я показала зубки, Денис наконец перестает отпускать свои сальные шуточки и общается нормально. Я вновь завожу тему про операцию, но этот разговор ничего не меняет: Денис непреклонно стоит на своем и наотрез отказывается ложиться под нож.

Мои чувства по поводу всего этого неоднозначны. С одной стороны, начитавшись про безоперационные методики восстановления, я тоже загорелась этой идеей. Даже если у нас не получится выцепить Кострова, до приемной которого я, кстати говоря, дозвонилась и получила точно такой же ответ, как и Пеплов, то ведь полно других клиник и специалистов в области реабилитологии. Наверняка среди них тоже есть стоящие.

Но с другой – идти по этому пути так рискованно… А рисковать я, в отличие от Реймана, я совсем не люблю. А вдруг пессимистичные прогнозы врачей сбудутся, и он навсегда останется лежачим? Сможет ли он смириться с такой участью? Отчего-то мне кажется, что нет.

Подъезжая к дому, стараюсь отогнать тревожные мысли. Хотя бы во время ужина со своим парнем мне надо отвлечься от переживаний о здоровье Дениса, которые за последние дни стали моим перманентным состоянием.

Открываю квартиру и прямо на пороге встречаюсь Мишей. Видимо, тоже только что пришел. Он целует меня в губы, и мы, обсуждая прошедший день, снимаем верхнюю одежду и проходим на кухню.

— Ты была сегодня у Реймана? – вдруг спрашивает Миша, открывая холодильник и доставая из него казан с пловом.

— Да, – отвечаю я после секундной заминки.

— Он не передумал насчет операции?

И чего это Миша интересуется судьбой Дениса? В чем тут подвох?

— Нет, – отзываюсь я, внимательно наблюдая за его реакцией.

— Мне нужны его рентгеновские снимки. Чем быстрее, тем лучше, – огорошивает меня Миша.