Книга Рей и Рита. Прости меня, моя любовь, страница 16 – Татьяна Никандрова

Опять. Опять я сделал ей больно. Да что ж я за скотина такая?!

— Это она, да? – хрипло уточняет Веснушка и, получив в ответ мой понурый кивок, добавляет. – Возьми трубку.

— Рит, она для меня ничего не значит! Мы…

— Возьми трубку, – негромко повторяет Рита, и опять в ее голосе я слышу железо. Холодное, тугое, несгибаемое.

Нет, она не шутит. И выбора у меня нет.

С тяжелым сердцем достаю мобильник и принимаю уже который по счету вызов:

— Да.

— Рей, сладкий, почему до тебя не дозвониться? – громко голосит Дашка, а я с ужасом понимаю, что Рита слышит каждое ее слово.

— Слушай, я сейчас занят и…

— Ты видел мое сообщение или нет?! – как-то чересчур возбужденно перебивает меня она.

— Нет, – глухо отзываюсь я. – Даш, я потом тебе перезвоню.

— Рей, я беременна!

Тук-тук, тук-тук, тук-тук – в голове нет ни единой мысли, только глухое сердцебиение. Смысл Дашкиных слов доходит до меня мучительно медленно, а когда все же достигает сознания, земля уходит из-под ног.

Похолодевшими пальцами сжимаю трубку и сипло уточняю:

— Т-ты уверена?

— Конечно, уверена! Уже пять тестов использовала – все положительные, – в голосе девушки слышится смех, а мне горько, хоть плачь.

И черт с ней, с беременностью, которая меня совсем не радует. Плевать на Дашку, которую я не люблю. Душа болит о Рите, которая от услышанного вся как-то сжимается и невольно отодвигается от меня подальше. Она выглядит такой жалкой, такой растерянной… Так суетливо поднимает лямки платья, так судорожно поправляет подол…

Смотрю на нее, и сердце кровью обливается. И тоскливо мне, и скорбно, но сделать ничего не могу. Знал бы, что хочет сказать мне Дашка, ни за что бы трубку не поднимал. Но время назад не отмотаешь, былое не вернешь.

— Ау, Рей? Ты что, в обморок свалился? – насмешливо интересуется Дашка в ответ на мое затянувшееся молчание.

— Я перезвоню, – говорю я единственное, на что способен, и сбрасываю вызов.

Я понимаю, что веду себя как мудак, но по-другому просто не могу. Мне не то что разговаривать с Дашкой, думать о ней неприятно. Хоть я и осознаю, что она вовсе не виновата в том, что своим признанием только вонзила нож в сердце моей мечты.

Рита по-прежнему сидит на полу, но на меня больше не смотрит. Плечи ссутулены, лицо будто окаменело, взгляд в никуда, пустой и потерянный.

— Рит, позволь мне все объяснить, – начинаю я, потирая веки, но она меня перебивает.

— Денис, я такая глупая…

— Ты не глупая, – возражаю я, с болью наблюдая за тем, как она заламывает тонкие пальцы.

— Нет, глупая. Глупая и жалкая. Думала, что люди меняются. Делают выводы. Учатся на ошибках.

— Я изменился, клянусь, – отвечаю я, понимая, что это камень в мой огород.

— И как же?! – она повышает голос, и ее огромные синие глаза, наполненные влагой, обращаются ко мне. – Ты все такой же как был! Такой же эгоистичный, жестокий и лживый!

Она замолкает, смаргивает слезинку и безжизненно добавляет:

— Разница лишь в том, что раньше ты изменял мне, а теперь изменяешь со мной.

Рита

Я так долго убегала от своих чувств, так старательно прятала их внутри, что в какой-то момент даже сама поверила, что излечилась. Что больше не болею Денисом, что переросла наши несложившиеся отношения, что поборола в себе эту зависимость.

Но стоило нашим губам соединиться, стоило его горячим пальцам скользнуть мне под одежду, как я поняла, что ошибалась. Он меня поцеловал, и все то давнее, больное и тягучее, и новое, волнительное и жаркое, – нахлынуло разом. Окутало полумраком душу, затуманило разом, охватило каждую клеточку тела.