Книга Слабо не влюбиться?, страница 25 – Татьяна Никандрова

— Во время занятия мы переводим гаджеты в беззвучный режим и убираем их в рюкзак, — вежливо, но твердо произносит учительница.

Очевидно, решив, что ее слова обращены вовсе не к нему, Лапин продолжает невозмутимо зависать в виртуальной реальности.

— Демид, ты слышал? Я тебе говорю, — настаивает она.

Парень утомленно вздыхает. Я не вижу его лица, потому что сижу позади, но, мне почему-то кажется, он еще и глаза не преминул закатить.

— Олеся… Как вас там по отчеству? — начинает Лапин низким прокуренным голосом. — Прямо сейчас мне пишет отец. Предлагаете продинамить его ради того, чтобы вместе с вами порассуждать о красоте русского языка?

Нет, вы посмотрите, каков нахал! Не знаю, как там в частных школах, но у нас, в обычной так разговаривать с преподавателями непринято.

— Правила едины для всех. Независимо от того, кто вам пишет, — стремительно бледнея, отвечает учительница. — И мое отчество Евгеньевна. Олеся Евгеньевна. Постарайтесь запомнить.

Между ней и хамоватым учеником разворачивается безмолвная борьба взглядами, в результате которой Демид все же блокирует экран своего новомодного мобильника и нехотя опускает его в рюкзак.

Этот бой русичка выиграла, но интуиция мне подсказывает, что привыкший к вседозволенности мажор еще не раз выкинет нечто подобное.

Олеся Евгеньевна начинает урок, и я, схватив ручку, принимаюсь записывать в тетрадь сегодняшнюю дату. Внезапно левая часть лица схватывается легким, едва уловимым покалыванием на коже. Обычно так ощущается чей-то настойчивый взгляд.

Вскидываю голову и тут же напарываюсь на темные, мерцающие недобрым блеском глаза Лапина. Повернувшись, он смотрит прямо на меня. В упор. Не моргая. И от его пристального внимания мне делается как-то не по себе.

Снова перевожу взор в тетрадь и ерзаю на месте. Мне неуютно. Неловко. И чего он только уставился?

Спустя пару секунд напряжение внезапно спадает. Осторожно скашиваю глаза в сторону и облегченно выдыхаю: Демид потерял ко мне интерес и глядит на доску. А на его лице опять цветет выражение холодного высокомерия.

* * *

— Ну все, к знакомству с новеньким готова, — красуясь напротив зеркала в женском туалете, оповещает Грановская. — Ты со мной?

— Он тебе правда понравился? — недоверчиво спрашиваю я.

Пока Лерка наводит марафет, а я сижу на подоконнике и от нечего делать болтаю ногами.

— Да нормальный вроде, а что? — подруга непонимающе хлопает ресницами.

— Ну не знаю… Заносчивый он какой-то. Производит впечатление сноба.

— Согласна. Но все же стоит узнать его получше. Может, этот Лапин вовсе не такой говнюк, каким кажется на первый взгляд?

— Возможно, — пожимаю плечами.

— Серьезно, Вась, первое впечатление очень обманчиво, — разглагольствует Лера, заталкивая косметичку обратно в рюкзак. — Вот взять хотя бы тебя. Глядя на твои резиночки, можно решить, что у тебя детство в жопе до сих пор играет. Но я-то знаю, что ты нормальная развитая девчонка. Потому что общаюсь с тобой. Так что не суди о книге по обложке.

Машинально прикладываю руку к волосам, нащупывая те самые украшения, о которых говорит Грановская.

— А что не так с моими резинками? — интересуюсь недоуменно.

— Да ты все цвета радуги на голове собрала! Зачем тебе вообще эти идиотские хвостики? Просто распусти волосы. Так гораздо эффектней!