Книга Слабо не влюбиться?, страница 167 – Татьяна Никандрова

Поездка на свадьбу к Соколову оказалась провальной идеей. Даже не знаю, на что я рассчитывала… Нет, разумеется, мне бы хотелось, чтобы, увидев меня, Соколов дал деру прямо из-под венца и разорвал связывающие его путы, но даже в состоянии бешеного мандража я понимала, что это вряд ли произойдет. В жизни так попросту не бывает. В кино — да. А реальность куда более прозаична.

Тогда что же мною двигало? Что заставило меня совершить этот шокирующий своей безбашенностью поступок?

Наверное, я хотела доказать Соколову, что я вовсе не слабачка и не страдалица, как говорила Лерка. Что я готова побороться за наше будущее. Что я тоже умею прощать.

Однако факт остается фактом: фееричного побега со свадьбы не случилось. После ЗАГСа Соколов куда-то исчез, а гостям тактично сообщили, что можно расходиться по домам. Мол, продолжения не будет. Без всяких объяснений и подробностей.

Не знаю, что это было. Да и знать, если честно, уже не желаю. Я слишком устала. Слишком измотана и вымучена. Напряженные размышления и непрекращающееся самокопание высосали из меня все соки.

Теперь единственное, о чем я мечтаю, — это миновать этап душевного раздрая и вернуться к обыденной рутинной жизни. Я хочу засыпать без слез и просыпаться без отеков. А я еще хочу, чтобы в груди не болело. Чтобы отпустило наконец.

Я знаю, это скоро случится. Просто нужно немного потерпеть.

Натягиваю джинсы и первую попавшуюся под руку кофту. Собираю волосы в хвостик на затылке и бреду в коридор.

— Только один пакет отнести? — уточняю у мамы, обуваясь.

— Да, один, — она показывается из кухни. — Вась, а ты чего как оделась? Водолазки поприличнее не было?

— И так сойдет, — бурчу я, завязывая шнурки. — Я ж туда-обратно.

И чего мама цепляется? Нормальная водолазка. Растянута, конечно, малость, но носить можно. Я же не на бал, в конце концов, собралась.

— Ну смотри сама, — тихо бросает родительница, не решаясь вступать в спор.

Засовываю телефон в задний карман джинсов, беру пакет с банками и ключи и выхожу из квартиры. Улица встречает меня прохладными порывами ветра и солнечным золотом, разлитым по тротуарам.

Тяну носом воздух, в котором явственно чувствуется надвигающаяся осень, и морщусь. Странно осознавать, что жизнь, несмотря ни на что, продолжается. Люди страдают, влюбляются, болеют, рожают детей, и миропорядок из-за этого не рушится. Время не останавливается. Солнце не гаснет. События неспешно идут своим чередом. Осень сменяет лето. И какой бы холодной ни была зима, весной перелетные птицы непременно возвращаются обратно.

Утопая в философских мыслях, медленно иду к дому Соколовых и, приблизившись, нажимаю кнопку домофона. Спустя пару-тройку трелей дверь открывается. Тетя Алина даже не спросила, кто пришел. Видимо, и впрямь заждалась меня.

Когда я поднимаюсь на нужный этаж, женщина уже стоит на пороге квартиры и приветливо мне улыбается:

— Здравствуй, Васенька!

— Здрасьте, теть Алин, я тут перцы вам принесла и еще какие-то банки. На вид на лечо похоже, — протягиваю ей пакет.

— Спасибо, — она принимает его из моих рук. — А ты проходи-проходи, чего встала?

— Нет, — качаю головой и делаю шаг назад. — Мне уже пора… Да и к вам вроде как гости скоро нагрянут. Не буду мешать.

— Брось, Василис, ты не мешаешь, — тетя Алина перешагивает порог и, схватив меня за локоть, буквально затаскивает в квартиру. — Проходи, говорю. Поешь, чаю выпьешь. А то совсем как неродная.