Книга Зови меня Златовлаской 2, страница 102 – Татьяна Никандрова

Я почти не ощущала безжалостных порывов ветра, не чувствовала холода, не замечала снега, не видела людей вокруг. Все мое внимание было глубоко внутри. Оно сосредоточилось на одной единственной мысли: Влад меня предал.

Я полностью отключилась от внешнего мира, и вернулась в него только тогда, когда совсем рядом прозвучал громкий женский возглас: "Девушка, осторожно!". Услышав это, я обернулась... Но было уже поздно.

Скрип тормозов прорезал воздух. Яркий свет фар защипал глаза. А затем раздался глухой удар.

И только через мгновенье до меня дошло, что это мое тело ударилось обо что-то твердое. Подлетело. И вновь упало на лед.

Я лежала на дороге в неестественной позе, словно тряпичная кукла. И смотрела в небо. Было что-то трагичное, и одновременно прекрасное в том, как снежинки, кружась и танцуя, спускались на грешную землю.

Наверное, там на небесах не было боли. Не было горечи, страданий и несправедливости. Бедные снежинки не знали, что падая на землю, насквозь пропитанную слезами, они растают. Исчезнут в вихре бытия. Умрут и забудутся.

Последняя мысль, которая посетила меня перед потерей сознания, была о том, что по существу мы все – такие же снежинки. Кружимся, живем, мечтаем. Но в конечном итоге все это ничего не значит, ведь каждый из нас, преодолевая свой путь, все равно приземлится и перестанет существовать. Перестанет кружиться, жить и мечтать.

* * *

Влад отвел микрофон от лица и направил его в сторону зрителей:

Подойди ко мне ближе, родная.

Я в твоих глазах правду читаю.

Я читаю в них чистую истину,

И становится ясным мне смысл весь.

Сотни голосов, сливаясь в один, разносили по залу слова написанной Владом песни. На сердце было радостно, ведь поддержка слушателей всегда заряжала его эмоциями.

Поблагодарив всех присутствующих за теплый прием, Влад направился за кулисы на небольшой перерыв. Оказавшись вне поле зрения толпы, Влад утер тыльной стороной ладони пот со лба и сделал глоток воды из бутылки, которую ему участливо протянула девушка, работающая в клубе.

— Десять минут, – хлопнув музыканта по плечу, сообщил менеджер.

Влад кивнул и, на ходу вынимая из ушей аппаратуру для персонального мониторинга звука, стал спускаться по лестнице, ведущей в гримерку. Следом за ним, шутя и обсуждая выступление, шли другие участники группы "Абракадабра".

Влад рухнул на диван, расслаблено вытянув ноги, и тут его внимание привлекла суматоха в противоположном конце гримерки. Несколько визажистов, охая и вздыхая, колдовали над Марианной, которая собиралась выходить на сцену для исполнения их совместной песни "Невыносимо".

Влад поднялся и, по-прежнему неспешно потягивая воду из бутылки, приблизился к Подольской. Оказавшись рядом, он понял причину паники ее визажистов: нижняя губа певицы была разбита. На ней виднелась кровь, и появлялся отек.

— Что с тобой? – поинтересовался Влад.

— Да так, ударилась, – грустно сообщила Марианна.

— Обо что ударилась? – недоумевал парень. Еще сорок минут назад, когда он уходил на сцену, с Подольской все было в порядке.

— Марианна! – из-за спины Влада показался Платон. – Ну что, ты встретила Сашку? Провела ее в зал?

На долю секунды на лице девушки отразилась паника, и от Влада не укрылось, как она сверкнула глазами в его сторону.