Книга Наследник чемпиона, страница 9 – Марика Крамор

— Все-то тебе расскажи, — перевожу тему. — Вещи не забудь. Чай допил?

— Угу. А ты хоть когда вернешься?! — строго уточняет мой мелкий командир и упирает руки в бока.

— Заберу тебя через пару часов.

— Смотри мне!

Я едва не прыскаю в кулак.

— Пошли уже. Капитан.

— Ты сегодня где-то далеко, Ань.

Голос Никиты возвращает меня в реальность. Мужчина сидит напротив, откинувшись на спинку стула. Его поза расслаблена, а взгляд… Этот взгляд невозможно игнорировать. Никита смотрит на меня так, будто я единственная женщина в зале. Жгуче, испепеляюще, неотступно, с игривым ярким мужским интересом, который не тускнеет уже три месяца наших нечастых встреч. У Никиты это выходит вовсе не навязчиво, а… как-то галантно даже. Приятно.

Я растерянно улыбаюсь, отодвигая подальше образ ледяного поля и тяжелый обволакивающий взгляд, который не должна помнить.

— Прости, Никит, — пожимаю плечами. — Просто… сложный насыщенный день. Ты же знаешь, как это бывает.

Бархатный воздух ресторана обволакивает, как пуховое одеяло. Здесь пахнет поджаренным трюфелем, сливочной ноткой и тишиной, которую могут позволить себе лишь те, кто уверен в своем месте в жизни. Я провожу пальцем по горлышку стакана с гранатовым соком, наблюдая, как искрится рубиновый цвет в чуть приглушенном освещении.

— Знаю, но он остался позади. А сейчас наш вечер.

Двусмысленность этих слов заставляет меня вздрогнуть и вскинуть глаза на Никиту. Он ведь никак не может узнать про Назара, как не может читать мои мысли. Но внутри все равно странно скрипнуло, будто дверь моей души распахнуло сквозняком. Даже поежиться захотелось.

Мужчина наклоняется вперед, и я позволяю его руке мягко накрыть мою. Его пальцы теплые и уверенные. Он не давит, просто прикасается, давая понять: ты со мной, отбрось посторонние мысли.

Никита — владелец сети частных клиник, включая ту, где я работаю два вечера в неделю.

Да, формально — он мой начальник. Неформально — мы с ним почти не пересекаемся по работе, его кабинет находится в другой локации. Умный, красивый, состоявшийся мужчина под сорок. Он максимальное воплощение стабильности. Он не врывается в мои будни ураганом, а аккуратно стучится в дверь, и я сама решаю, впускать ли его в свой мир. Но пока — только в свой. Не в наш с Илюшей. Никита отдельно, семья отдельно. Мой сын — священная, неприкосновенная территория, и мужчина это мудро принимает.

— Расскажешь, как твой проект с детским отделением? — интересуюсь я, переплетая наши пальцы. Никита слегка сжимает мою ладонь в ответ.

Он оживляется: рассказывает увлеченно, страстно. Я слушаю с пониманием, киваю, и мне искренне интересно. С Никитой хорошо, легко. Предсказуемо. Он — глоток чистого родникового воздуха после урагана, от которого когда-то кружилась голова и сбивалось дыхание.

С Назаром никогда не было ничего подобного: тихой, спокойной уверенности. Его прикосновения никогда не были просто прикосновениями. Это был взрыв. Каждая клеточка плавилась от страстных касаний, а на сердце оставались ожоги. Раны давно затянулись: нельзя семь лет оплакивать прошлое, но рубцы-то остались со мной навсегда. С Назаром мы растворялись друг в друге, теряя границы, и я готова была сгореть в этом пожаре. Теперь мне нужно совсем иное. Теперь такое, как с Черкассовым, я готова обходить десятой дорогой.