Книга Попробуй сбежать, страница 69 – Виктория Рогозина

Её будто ошпарило — не болью, а вспышкой ощущений. Сердце ударило сильнее, в ушах зашумело. Она не успела подумать, не успела оттолкнуть — и, к собственному ужасу и растерянности, ответила. Всего на мгновение. Достаточное, чтобы это стало правдой.

Светофор щёлкнул, отсчитывая последние секунды, и город вокруг будто затаил дыхание. Давид отстранился первым — ровно настолько, чтобы между ними снова появился воздух. Не оттолкнул, не удержал. Просто выпрямился, вернувшись на своё место, будто ничего не произошло, будто это был всего лишь сбой в системе, короткое замыкание.

Ванесса судорожно вдохнула, пальцы всё ещё сжимали руль. Сердце колотилось так, что отдавалось в ушах. Она не сразу поняла, что машина уже сигналит — сзади кто-то нетерпеливо нажал на клаксон. Она тронулась, не глядя на Давида, уставившись на дорогу, словно в ней можно было найти ответы.

— Это… — она запнулась, потом резко выдохнула. — Это было лишним.

— Нет, — спокойно отозвался он. Без улыбки. — Это было честно.

Она хмыкнула, коротко, без веселья.

— Честно — это когда спрашивают, — сказала Ванесса. — А не пользуются моментом.

Он повернул к ней голову, внимательно, изучающе, словно впервые видел её не как задачу, не как риск, а как равную.

— Ты могла отстраниться, — заметил он тихо. — Ты не отстранилась.

Она промолчала. Потому что это было правдой, и именно это злило сильнее всего. Машина свернула с оживлённой улицы, шум остался позади, пространство сжалось до салона, до дыхания, до напряжения между ними. Ванесса первой нарушила тишину:

— Я не твоя вещь. И не цель. И не приз.

— Я знаю, — ответил он сразу. — Именно поэтому ты здесь.

Она бросила на него быстрый, острый взгляд.

— Тогда перестань вести себя так, будто можешь мной распоряжаться.

Он кивнул. Медленно. Серьёзно.

— Хорошо. Тогда давай договоримся иначе. Без давления. Без намёков. Ты делаешь номер для группы поддержки — потому что это работа, которая оплачивается. Я обеспечиваю тебе безопасность и условия — потому что это моя ответственность. Всё остальное… — он сделал паузу, — если будет, то только по твоему желанию.

Она молчала несколько секунд, переваривая услышанное. Потом чуть расслабила плечи.

— И без шантажа, — добавила она.

— И без шантажа, — согласился он.

Они подъехали к очередному светофору. На этот раз он не наклонился. Просто посмотрел вперёд, как и она. Но между ними уже было не только напряжение — было понимание. Хрупкое, неустойчивое, но настоящее.

И Ванесса вдруг поймала себя на мысли, что впервые за долгое время ей не хочется бежать.

Закрыв за собой дверь комнаты, Ванесса провернула замок до щелчка и только тогда позволила себе выдохнуть. Спина уперлась в холодную поверхность, ладони дрожали — от злости, от усталости, от ощущения, что ее снова втянули во что-то, о чем никто не удосужился спросить. Она достала телефон, почти сразу набрала номер и, как только услышала знакомый голос, выпалила без прелюдий:

— Аманда. Скажи честно. Это правда?

На том конце повисла короткая пауза, слишком красноречивая. Потом Аманда вздохнула — тяжело, виновато.

— Да… — сказала она. — Для меня это тоже было неожиданно. Дзержинский дал команду. Жёстко. Сказал, что номер ставишь ты.

Ванесса зажмурилась, стиснула зубы и выдала такую многоэтажную, злую тираду, что сама на секунду удивилась собственному словарному запасу. Телефон едва не выскользнул из руки.