Книга Попробуй сбежать, страница 202 – Виктория Рогозина

Лана побледнела.

— Что вам от меня нужно? — спросила она почти шёпотом.

В его взгляде что-то дрогнуло. Не мягкость — нет. Скорее тень боли, тщательно спрятанная под слоем льда.

— Мне нужно, чтобы ты вспомнила, — ответил Давид глухо. — Потому что ты — моя жена. И год назад тебя у меня отняли.

Тишина в комнате стала почти осязаемой. Лана вздрогнула, когда он оказался слишком близко — так близко, что воздух между ними будто исчез. Она не заметила, как он сократил расстояние: только вдруг — его тень, его тепло, его взгляд, нависший сверху вниз.

— Боишься меня? — спросил Давид тихо.

Вопрос прозвучал почти спокойно. И от этого стало только хуже. Она судорожно вдохнула, сердце ударилось о рёбра, как пойманная птица. Ответ был очевиден, но вслух она его не произнесла. Вместо этого инстинкт взял верх — Лана резко дёрнулась в сторону, пытаясь проскользнуть мимо, вырваться из спальни, к свету, к двери, к любому выходу. Не успела. Дверь закрылась прямо перед её лицом — не с грохотом, а сухо, уверенно. А в следующий миг ладони Давида опустились по обе стороны от её плеч, упираясь в поверхность двери. Не касаясь её — и всё равно лишая воздуха.

Лана испуганно обернулась. Её взгляд встретился с его. Он ухмыльнулся, следя за реакцией девушки, будто нарочно пугал.

Серые глаза широко распахнулись. В горле встал ком, тело отказывалось слушаться. Она содрогнулась, и этот неконтролируемый, животный страх был уже на грани истерики — ещё секунда, и она закричит. Она не знала, почему именно этот человек пугал её так сильно. Не знала — но чувствовала всем телом.

Давид смотрел долго. Слишком долго. В его лице не было злости. Не было торжества. Только тяжёлое, пристальное внимание — будто он видел не её нынешнюю, а ту, другую, из прошлого, которое она не могла вспомнить. Он медленно выдохнул. И так же медленно отстранился. Руки ушли в стороны, давление исчезло. Он сделал шаг назад, давая ей пространство, словно сознательно ломая напряжение, которое сам же и создал.

— Это не всё не то… — глухо сказал он, больше себе, чем ей. Нервы всё-таки сдали. Лана рванулась в сторону, почти спотыкаясь, лишь бы увеличить между ними расстояние. Она прижалась к противоположной стене, тяжело дыша, выставив перед собой руки, будто он мог броситься за ней.

Её прижали к стене так быстро, что она даже не успела вдохнуть. Ладони сомкнулись вокруг запястий — не больно, но достаточно крепко, чтобы Ванесса сразу поняла, что сопротивление — иллюзия. Она медленно опустила взгляд. Его руки… слишком большие. Слишком уверенные. Длинные пальцы, выступающие вены, сухая сила под кожей — всё в них говорило о контроле, о привычке брать, а не просить.

Где-то глубоко внутри вспыхнула паника. И тут же погасла, раздавленная его присутствием. Ладони скользнули выше, намеренно медленно, будто он смаковал каждую секунду её напряжения, и остановились на плечах. Сжал. Чуть сильнее, чем нужно.

— Ты правда думала, что сможешь от меня сбежать? — голос был ровным, холодным. В нём не было злости. Только уверенность хищника, который уже загнал добычу.

По спине пробежала дрожь. Он наклонился ближе, заставляя её смотреть на него.

— На колени, Ванесса.

Не крик. Не угроза. Приказ, к которому мир словно сам подстраивался.

— Попроси прощения, — добавил он тише. — Если хочешь, чтобы я сегодня был… снисходительным.