Книга 100 килограмм Страсти, страница 12 – Ольга Дашкова

Вадим поднялся, поцеловал меня, я почувствовала свой вкус на его губах.

— Теперь пробка, — сказал хрипло.

Смазал ее лубрикантом, потом меня. Ввел медленно, я ахнула от ощущения полноты. Туго, непривычно, но приятно. Камень холодил кожу снаружи.

Потом он вошел одним движением в киску. Я закричала от переполнения. Пробка давила через тонкую стенку, каждое его движение создавало невероятное трение, наполненность, от которой кружилась голова. Вадим трахал меня медленно, глубоко, держа за бедра, шепча:

— Чувствуешь, как я в тебе? Как ты вся моя? Только моя… малышка.

Я кончила снова. Уже сильно, с криком, сжимаясь вокруг него и пробки одновременно.

Вадим остановился, медленно и осторожно вынул пробку. Я почувствовала пустоту, но тут же он вошел в попку членом. Одной рукой начал натирать клитор круговыми движениями, другой сжимать грудь. Я извивалась, стонала, слезы текли по щекам от переизбытка ощущений.

Оргазм пришел самый сильный в моей жизни. Я закричала, тело свело судорогой, из меня брызнуло — сквирт, горячий, обильный. Я упала на бок, задыхаясь, дрожа, соскочив с члена Вадима, сжимая ноги.

Но Вадим подвинулся ближе, развел мои ягодицы, вошел снова в анус, продолжил трахать меня, яростно вколачиваясь по самые яйца.

— Боже мой… а-а-а… Вадим… а-а-а… не могу… я… я снова… кончаю…

Я не понимала, что со мной происходит, такого не было никогда ни с одним мужчиной. Я кончила снова, уже не так ярок, по телу прошла сладкая судорога. Вадим вышел из меня, перевернул меня на спину. Его рука снова между ног, два пальца внутрь, большой на клиторе.

Он двигал быстро, жестко. Я кончила еще раз со сквиртом, залив его руку, простыню. Он рычал, подвинулся ближе, дрочил себя над моим лицом.

— Открой рот, малышка… открой, да, вот так… а-а-а… сука… кончаю…

Я открыла. Он кончил — мощно, горячо. Сперма попала на губы, на щеки, на грудь. Капли стекали по подбородку, по соскам. Он размазал ее пальцами по моей коже, наклонился и жадно поцеловал.

— Ты моя. Вся. Навсегда, запомни это пышка, — шептал, падая рядом.

Я лежала мокрая, измотанная, счастливая. Пробовала его сперму на губах, улыбалась сквозь слезы.

— Я верю тебе, — прошептала. — Теперь верю.

Вадим прижал меня к себе, поцеловал в висок. Мы даже не пошли в душ, так и заснули — обнявшись, липкие, полные друг друга.

Прошла еще неделя. Семь дней, которые казались мне одновременно самыми длинными и самыми короткими в жизни. Лида теперь жила у меня официально, ее зубная щетка стояла рядом с моей, ее крем для тела пах ванилью и заполнял всю ванную, ее трусики попадались мне в стирке, и каждый раз, когда я их видел, член вставал мгновенно.

Я был одержим. Полностью. Без остатка.

Каждое утро я просыпался раньше и просто лежал, глядя, как она спит. Как ее грудь поднимается и опускается, как волосы разметались по подушке. Потом целовал ее медленно, везде где только можно. Шептал: «Доброе утро, моя малышка».

Лида всегда просыпалась с улыбкой, тянула меня к себе, и мы начинали день с секса: ленивого, нежного или жесткого, как захочет она. А она хотела часто. И грубо. И нежно. И все сразу.

Я не мог насытиться. Хотел ее каждую минуту. Даже когда она была на работе, я писал ей: «Провожу тренировку и думаю, как ты стонешь, когда я в тебе сзади». Она отвечала коротко, но с кучей сердечек и огоньков.