Книга На всякий случай, страница 40 – Anastasia Richter

— Мам, я нечаянно! — глазищи наполнены слезами, вид самый что ни на есть жалкий, сердце сразу тает. Манипулятор малолетний.

— Милая, ничего страшного. Ты не поранилась?

— Нет. Я хотела приготовить тебе завтрак. А оно раз — и вот так…

«Раз — и вот так» у нас очень часто происходит. Я бы даже сказала, что постоянно. Одна часть меня уже с этим смерилась, но вторая всё ещё трепыхается.

Я когда-то говорила, что это золотой и самый спокойный в мире ребёнок? Враньё. Бессовестно сглазила себя же. У этой рыжей напасти был сильный стресс, на фоне которого развилась апатия и, как следствие, поразившее меня спокойствие и показательное послушание. Стоило нам только прилететь на Фрею и немного устроиться, как она начала оттаивать. Поначалу, я была невероятно рада её возвращению к жизни, эмоциям и стандартному детскому поведению со смешными шалостями, но уже через месяц я готова была лезть на стену, если бы это хоть немного помогло.

Гиперактивный ребёнок, который никогда не устаёт, успевает быть везде одновременно, умудряется всё перетрогать, переложить и пересмотреть за считанные секунды. Она то на дереве, то на чердаке, то уже в подвале, то у соседской собаки в будке проверяет тепло ли там. Без неё же не разберутся!

Короче говоря, моя жизнь превратилась в сплошной бег на короткие дистанции с препятствиями. Если раньше я считала себя стройной, то глубоко заблуждалась. Стройной я стала спустя три месяца этих диких забегов. Вся немногочисленная одежда висела на мне мешком, а сердобольные соседи старательно подкармливали нас чем-нибудь, уверенные, что мы голодаем. Позже они раскусили, в чём тут фишка, но гостинцы не прекратились.

Лисья натура моего дитятки регулярно брала своё. Невероятное любопытство, не то что до добра не доводило — оно заводило нас в такие дебри, что на уши натянуть было невозможно.

Периодически я предпринимала попытки найти дядюшку своей девочки, но, несмотря на помощь месса Фарида, никаких продвижений не было. Как, впрочем, и с лисёнком. Её никто не искал, по крайней мере официально. Я систематически изучала все объявления о пропаже детей в межгалактическом масштабе, но и там тишина. В какой-то момент я, откровенно говоря, забила на этого неуловимого родственника. Решила, что если богам будет угодно, он нас найдёт. Ежели нет — значит не судьба. Нам и без него неплохо живётся.

Несмотря на непрекращающуюся усталость, я ни капли не жалела о своём поступке. Малышка была счастлива, дарила мне тепло, а я окружала её заботой и по возможности оберегала от внешнего мира. Или внешний мир от неё — тут уж смотря как посмотреть.

Глядя на характер этой паразитки, который она с пугающей скоростью впитала от меня, можно было заметить, как идеально он наложился на её лисью активность. Нет бы что-то хорошее перенять — она теперь постоянно цокает, закатывает глаза и копирует моё недовольное выражение лица. Даже интонацию переняла. Чудовище любимое.

Малышка проявляла недюжий ум. Мы самостоятельно готовились к школе и собирались поступать в следующем году. Конечно, с таким параноиком как я, мы начали подготовку заранее. На всякий случай.

Картавость никуда не делась, Габриэль по-прежнему нечётко проговаривала букву «р», но ни меня, ни её это совершенно не беспокоило. Элли не комплексовала, я же находила это очаровательным. Стоило мне услышать её мягкую переливчатую «р», как на лицо неизменно выползала улыбка.