Книга Хроники Ведомства наказаний, страница 121 – Тай Хоу

Согласно традициям все сбережения покойной должны быть потрачены на ее похороны или переданы ее духу в виде ритуальных денег. Фу Чан, насколько знал Яо Линь, строго соблюдала все обычаи, особенно если речь шла о ритуалах, которые могли повлиять на репутацию ее публичного дома. Тем более денег у Фу Чан было много, и она не стала бы обдирать умершую девушку.

Внезапно внимание Яо Линя привлекла половица, которая немного отличалась от остальных. Он опустился на колени, осторожно надавил на нее, и доска поддалась.

— Вот оно, – прошептал он, вытаскивая крышку тайника.

Тот оказался почти пуст. На дне лежало несколько недорогих украшений: пара браслетов, медальон и тонкая цепочка. Все выглядело так, будто содержимое «сокровищницы» забирали в спешке, и внутри остались только самые незначительные вещи.

— Кто-то был здесь раньше меня, – пробормотал Яо Линь, убирая украшения обратно.

Еще в Ведомстве наказаний, перед самым его отъездом, Юнь Шэнли сказал ему, что Ган Чи была довольно популярна среди мужчин, а значит, у нее должно было быть намного больше сбережений, чем он видел сейчас.

Человеком, опустошившим тайник, мог быть кто угодно: Фу Чан, другие девушки или, возможно, сама Ган Чи перед смертью могла раздать украшения своим «воспитанницам», но подобное поведение в таких заведениях было большой редкостью. Если бы сама хозяйка обыскала комнату, то забрала бы все и не оставила бы даже фальшивых украшений, наверняка считая, что девчонка и так была ее собственностью. Девушки борделя тоже могли обчистить тайник, но они явно бы оставили для вида не пару побрякушек, а что-то посерьезнее, чтобы воровство не так сильно бросалось в глаза. Или и те и другие просто не нашли секрета в комнате Ган Чи, но куда же тогда подевались все остальные сбережения и украшения? Нет, для начала ему надо выяснить, какие отношения были между девушками и могли ли они украсть у своей же.

Он поставил половицу на место и быстро выскользнул из комнаты в коридор.

Было так тихо, что Яо Линь на мгновение затаил дыхание, боясь быть обнаруженным. Кто-то из девушек уже был занят обслуживанием клиентов, кто-то только готовился к приходу гостей, поэтому коридоры были пусты – ему же лучше.

Проходя мимо комнаты сестрицы Ци, он вновь услышал тихие голоса, только в этот раз они были более четкими. Оглядевшись вокруг, он подошел ближе к двери.

— Эта новая девушка… такая печальная, словно ее обидели, – раздался голос из комнаты, вероятно, это была сестрица Ци.

— Зачем ты ее жалеешь? Вон она какая белая и ухоженная, аж смотреть завидно! Не то что мы. Гляди, уведет всех богатых молодых клиентов, а тебе старые кости только и оставит, сама же потом ныть целыми днями будешь.

Судя по звуку, Шунь Вэй расчесывала волосы и, зацепившись за запутавшуюся прядь, сначала выругалась, а после и вовсе раздраженно бросила гребень куда-то на пол. Сестрица Ци только захихикала и продолжила свою мысль:

— Ну, может, она не такая уж и плохая… Все мы оказались здесь не по своему желанию, вспомни, сколько Люй Вэнь плакала, когда ее сюда родители продали? А новенькая ничего, держится, сильная она. Чем-то она напоминает мне сестрицу Ган.

Шунь Вэй встревоженно шикнула:

— Говори потише! Ган Чи уже нет. Не упоминай ее имя! Если хозяйка услышит, то нам всем не поздоровится.