Книга Секреты и печати. Нарисуй мне судьбу, страница 12 – Ирина Ваганова

К стыду своему я так увлёкся вечным праздником, так привык отсыпаться днём, едва ли не до сумерек, а потом гулять с друзьями — постоянными и случайными, развлекаясь в обществе кокоток, что даже к обязанностям сотрудника посольства относился без должного рвения. Начальник смотрел на мои загулы снисходительно, прекрасно знал, что года через три-четыре опьянение Транцем пройдёт, и я превращусь в исполнительного и надёжного сотрудника.

Всё к этому шло, однако отрезвление случилось внезапно и, можно сказать, трагически. Как я мог пропустить в дипломатической почте письмо на моё имя? Оно провалялось в куче других неразобранных посланий почти неделю! Я узнал страшную новость лишь случайно встретив пару туристов, знакомых мне ещё по академии. Они прогуливались по набережной, увидели меня, подошли выразить соболезнования.

— Соболезнования? — приветливая улыбка сползла с моего лица. — Не понимаю, о чём вы говорите.

— Как? — изумился приятель. — Разве вам не сообщают о смерти близких родственников? Я видел некролог, посвящённый графу Ланцену Конни, дней десять назад. Да, дорогая?

Его спутница кивнула, печально посмотрев на меня:

— Восемь, кажется. Это была суббота, мы как раз шли в храм Аураны, чтобы помочь с поливом цветов.

Кажется, сердце моё тогда перестало биться, я с застывшим лицом переводил взгляд со своего однокашника на его девушку и обратно, лихорадочно выискивая приметы розыгрыша, шутки, прикола. Говор гуляющей толпы, крики чаек, шорох тревожимой волнами гальки — всё это стало заунывной песней Мауры — повелительницы загробного мира, наделяющей магией некромантов.

Скомкано попрощавшись, я рванул в посольство, растолкал дремавшего на рабочем месте секретаря, потребовал отчёт о полученных за последнее время депешах. Разумеется, меня известили, и даже сообщили дату похорон. А я всё проворонил! Не попрощался с единственным родным человеком — с отцом.

Терзания мои казались жуткими, но это я ещё не знал, что ждёт меня на родине. Первым же кораблём отправился в Аршинар. В пути долго мучился вопросом, почему отцовский управляющий не связался со мной. Официальные известия — это одно. Как я мог пропустить сообщение личного характера? Вообще не проверял магический вестник? Вроде проверял, но почему-то не придал значения его молчанию. Обычно, отец хоть изредка присылал мне весточки.

Ругал я себя бесконечно. Теперь же... Папаша хозяйки художественного салона, вступившийся за неё, подкинул мне хорошую загадку: а не замешан ли наш управляющий в мошенничестве? Быть может, негодяй и не пытался со мной связаться? Вполне возможно, время тянули нарочно, рассчитывая, что безалаберный сынок не только на похороны не приедет, но и про завещание узнает, только окончательно потеряв все права на недвижимость и деньги.

Нужно как следует проанализировать случившееся именно с этого ракурса. Это решение и открывшиеся перспективы для активной деятельности немного утихомирили отчаяние, я ускорил шаг, направляясь в гостиницу, где можно будет всё хорошенько взвесить и составить план. Однако на пересечении с другой улицей я остановился, моё внимание привлёк свет, беззастенчиво льющийся из окон двухэтажного здания, расположенного неподалёку от перекрёстка. Что это? В Вергасе нашлись люди, готовые попирать устоявшиеся традиции? Они мало того, что не чтят Темнобога, так ещё и фанатиков не боятся?