Книга Неприятности ждут!, страница 120 – Марина Милорадович

Кэсси улыбнулась уголками губ.

— А вы подумали, где планируете этого типа держать? Тут он мне не нужен.

— В наш изолятор тоже нельзя, — уныло заметил Роб.

— В моём доме достаточно надёжный подвал, — сообщил Альфард. — Думаю, нашему гостю там самое место. Прохладно, тихо, чисто и даже без мышей.

— Прямо люкс, — издевательски улыбнулась я Данилу.

Да, я срывалась на пленнике. Но мои словесные уколы не доставляли ему особого дискомфорта. Данил оставался довольно спокоен, и я прекрасно понимала почему. Он знал, что мы порядочные люди, не преступники, а потому не отрежем ему всё выступающее за молчание и не переломаем кости а качестве профилактики побега. Опасался он только демона.

Как бы там ни было, пыток и расстрела в тёмном уголке он не ждал. А вот я в первые сутки в новом мире собственной тени боялась и только и ждала, что меня потащат на костёр как ведьму, поймают или ограбят, если не сделают чего-то похуже. И кормить-поить мы его будем. Ладно, я тоже не голодала, но это стало результатом моих усилий, а Данила без лишних с его стороны телодвижений ждёт полный пансион.

— Предлагаю сразу отвести нового гостя в его апартаменты, — сказал Альфард. — Эллона, тебе что-нибудь нужно из дома?

— Ничего... Хотя можно мне апельсинов? Красных!

— Хорошо, я пошлю кого-нибудь за ними.

И новый шаг в туманную тьму.

Закат цвета всё тех же красных апельсинов над голубым морем, лижущим розовым песок.

— Красивое место, — сказала я и вдохнула полной грудью смесь запасов цветов и солёной воды.

— Мой предок сделал эти земли нашей эстансией. Добро пожаловать в Бранка-де-Салзе. Ивы, правда, тут не приживаются, почва им чем-то не угодила, но в названии они увековечены. А ещё у меня в кабинете висит портрет той самой моей прабабушки.

— А почему он — ну, твой прадед — решил остаться здесь?

— Ива похоронена неподалёку, и он возвёл усыпальницу, даже собственноручно пытался сажать те самые кустарники, в честь которых её назвали. А они гибли. Неподалёку он построил дом. Забрал доверенных людей и сына, стал жить. Наша эстансия — прекрасное место, хоть её история и началась с крови.

— Но Ива погибла от взрыва. Значит, здесь происходило что-то...

— Гражданская война. Прадед её закончил. Определить, кто установил ту мину, что убила Иву, было невозможно. Просто выбрал группировку, у которой имелась более внятная политическая программа, и помог им от души. Дед даже был когда-то президентом, целых два срока. Это время, кстати, вошло в историю как период расцвета и благосостояния страны. Отец не захотел жить на Фиаме, так этот мир называется. А мне нравится в Абундансии.

— Тоже собираешься баллотироваться в президенты когда-нибудь потом?

— Нет, меня в этой роли Пенсадор устраивает или кто-нибудь вроде него. Но Корб уже не молод, в конце срока запросится в почётную отставку, и тогда придётся возглавить кабинет. Это будет тяжело.

— Почему? — полюбопытствовал Трой.

У него было куда больше знаний о демонах и больше стереотипов. И ожиданий. В основном, негативных. Но наш приятель Альфард их стабильно не оправдывал, к счастью.

— Политические традиции всего региона таковы: престиж армии очень высок, остальные сферы вторичны. Полиция и экстренные службы тоже набраны из отставников. Гражданские министры и чиновники не обладают таким авторитетом, как кадровые военные. Обычно здесь один генерал или полковник свергает другого. Но народ Абундансии недавно смог-таки избрать президента путём голосования.