Книга Эльфирская академия магии 2, страница 35 – Мелина Боярова

Не прошло и пяти минут, как подоспели стражи, чтобы побыстрее убрать затор. Мне оставалось только надвинуть капюшон поглубже и ринуться к воротам, на которых остался один дежурный.

Ну а я что? Предъявила жетон адепта и помахала рукой парнишке, у которого челюсть отвисла, когда он сообразил, что это меня тут поджидали. Или же понравилась ему, вот и удивился знаку внимания, а стражи исключительно для порядка усилили охрану на воротах.

В который раз я порадовалась, что лестницей на чердак адепты редко пользовались. Проскочила к себе незамеченной, забежала в комнатку и облегченно выдохнула. Жетон отправила в тайник, дорожное платье — на вешалку в шкаф, а вещи сгрузила в кучу у кровати. Переоделась в серую спортивную униформу, которая по чистой случайности совпадала с цветом черепицы на крышах и сливалась со стенами, и направилась к дальнему окну. Выбравшись наружу, побежала к полигону с усиленной магической защитой, на которой проводились дуэльные поединки. Там даже трибуну установили для зрителей, которая уже была переполнена.

Противники стояли на местах, по разные стороны арены, одетые в боевую экипировку с эмблемами эльфирских родов, к которым принадлежали. Только у Вериона к гербу полагалось еще изображение тонкого обода короны, означающего принадлежность к королевской семье.

Преподаватели также присутствовали на трибунах. Я разглядела рослую фигуру Таэлоса и рыжую макушку декана боевого факультета Энгалура Турмирима. Главного лекаря тоже позвали. Наверное, чтобы тан Альмаир оказать первую помощь на месте, если таковая потребуется. Секундантом Рингара выступал Санкос, а вот рядом с принцем крутился незнакомый паренек с нашивками второго курса. Хотя Акхар тоже находился поблизости, но в силу молчаливости представлять интересы наследника не мог.

Ректор выступал судьей поединка и перед его началом попытался примирить противников. Оба отказались, после чего разошлись по позициям. Как только посторонние убрались с арены, ее накрыл плотный магический купол, напоминающие толстое мутноватое стекло. Прозвучал удар гонга, и адепты сорвались с места, окутываясь щитами и обрушивая на соперника магические удары.

Магия Рингара смотрелась зрелищно, ярко. Будто всполохи солнца, играющие в красных волосах, закручивалась в лихие спирали и распадалась мириадами огненных брызг или наступала на врага ревущей стеной. Верион уступал в видимых проявлениях силы, но тем и коварнее выглядели его выпады. Вроде бы еще ничего не произошло, а на противника уже обрушивался воздушный таран, обретая полупрозрачные серые контуры перед самым ударом. Воздушные лезвия проступали сверкающими осколками стекла или хлесткими струями дождя, способными рассечь живого человека надвое.

Я вздрагивала каждый раз, когда одного из парней доставала атака. Одежда Вериона уже была опалена, на коже остались следы копоти и в разных местах на теле виднелись темные пятна ожогов. Но и Рингара изрядно потрепало. Рукава кожаной рубашки висели лохмотьями, просвечивая кровавыми порезами. На лице красовались косые срезы — зацепило лезвиями. Еще красноволосый припадал на левую ногу и морщился от резких движений, хватаясь за бок.

Выплеснув магический арсенал умений, парни сошлись в ближнем бою холодным оружием. Зазвенела сталь, в бликах которой отражались яростные взгляды соперников. По мастерству оба не уступали друг другу. Я невольно оценила красоту и четкость движений, лаконичность результативных ударов. Эльфиры не собирались друг другу уступать, и это меня огорчало. Я никому из них не хотела смерти. Бессмысленной, к тому же. Если кто и должен был сдохнуть на этой арене, так это Айвендил Квалм. Но эта тварь сидела в первых рядах и наслаждалась зрелищем.