Книга Развод: Новая жизнь в 50!, страница 74 – Сур Шамс

— Почему ты молчал? — едва сдерживая дрожь в голосе, вырвалось у меня.

— Боялся, — его ответ был тихим, почти шепотом, как будто он сам не был уверен в своих словах. — После всего, что случилось с твоим браком, я думал, что ты ещё не готова к новым отношениям… что тебе нужно время.

Молча сидели, не зная, что сказать дальше. Казалось, воздух вдруг стал плотнее, а тишина в комнатах заглушала даже самые простые мысли. В голове вертелись тысячи слов, но я не могла подобрать те, что могли бы выразить всё, что творилось внутри. Хотелось ответить что-то лёгкое, что-то, что развеет эту напряжённую атмосферу, но нет… слова просто не выходили.

— Я тоже боялась, — наконец, произнесла, пытаясь освободить свой голос от тяжести. — Но сейчас… возможно, готова попробовать снова.

Как только я это сказала, его лицо озарилось такой искренней улыбкой, что на мгновение я почувствовала, будто вокруг нас распахнуло свои объятия теплое лето. Словно зима наконец закончилась, и вот оно — солнце. Мой взгляд встретился с его, и я увидела в его глазах какую-то лёгкость, нежность, которая была мне так необходима.

Разговор продолжался. Он стал легче, как бы обретая свежесть, как если бы на нас внезапно снизошёл какой-то магический момент понимания. Смех, шутки — всё это начало наполнять наш разговор, и вдруг стало понятно, что весь мир вокруг нас изменился. Этот вечер стал чем-то большим, чем просто моментом. Он стал поворотным, как новая страница в книге, которую мы начали писать вместе.

Когда вышли из ресторана, ночной воздух приятно холодил кожу, напоминая, что день уже позади. Город жил своей жизнью: где-то вдалеке сигналили машины, уличные фонари лениво моргали, а из открытых окон доносился приглушённый смех и музыка.

Шагали неторопливо, переваривая ужин и лениво перебрасываясь словами о будущем. Какие-то неясные планы, несерьёзные мечты — просто болтовня, чтобы растянуть этот приятный момент.

Но что-то изменилось. Чутьё сработало раньше, чем разум успел осознать. Чья-то фигура, знакомый силуэт у входа.

Геннадий.

Стоял, будто бы случайно, но слишком напряжённый для случайности. Руки в карманах, взгляд цепкий, словно выжидал удобный момент.

— Нам нужно поговорить, — голос его был ровным, но в глазах плескалось что-то беспокойное.

Ночь будто сгустилась вокруг, звуки города отошли на второй план.

Геннадий стоял под фонарём, сутулясь от напряжения. Жёлтый свет заливал его лицо, а длинная тень растекалась по потрескавшемуся асфальту, словно какая-то зловещая метка судьбы. В груди всё сжималось. Хотелось просто развернуться и уйти, раствориться в ночи, забыть, что эта встреча вообще должна была состояться. Но что-то внутри, упрямое и мучительное, не давало сделать ни шага назад.

Чуть поодаль, в тёмной полосе между двумя фонарями, стоял Михаил. Его фигура казалась почти призрачной, но взгляд был чёткий, цепкий. Не подходил ближе, не давил, но давал понять — если что, подстрахует.

Геннадий шумно выдохнул, словно собираясь с духом, и наконец заговорил:

— Знаю, что не имею права просить об этом… — Голос предательски дрогнул, и он сжал кулаки, пытаясь удержать себя в руках. — Но мне нужно было увидеть тебя.

Ответ прилетел мгновенно, холодным лезвием по коже:

— Зачем?

Коротко, резко. Как будто надо было срочно отсечь лишнее, не дать чужим словам пробраться под кожу.