Книга Развод: Новая жизнь в 50!, страница 35 – Сур Шамс

Он немного помолчал, как будто обдумывая мои слова, потом мягко ответил:

— Знаю, что это за ощущение, — сказал он, подставив руку под подбородок. — После того как я потерял жену, мир стал другим. Каждый день был как вечность, а ночи — туманными, без всякой ясности. Я иногда стоял у окна, и мне казалось, что исчезнуть было бы проще, чем продолжать жить в этом одиночестве. Но ты знаешь, через время я понял, что жизнь всё равно идёт. Даже если кажется, что больше не будет ничего светлого, всё равно приходит момент, когда что-то начинает меняться.

Он сказал это так спокойно, что я почувствовала, как его слова проникают внутрь, словно они были специально для меня. Я бы хотела спросить, как ему удалось пережить всё это, но вместо этого другой вопрос вырвался сам собой:

— А как ты нашел силы жить дальше? Что помогло?

Он задумался, его взгляд затуманился, он почти как будто не замечал, что сидит здесь, со мной. Он смотрел на пламя свечи, которое танцевало в ответ на лёгкий сквозняк, и, возможно, думал о том, как долго сам искал ответ.

— Всё началось с малого, — сказал он, голос немного дрогнул, но он продолжал, не обращая на это внимания. — С простых шагов. Я начал выходить на прогулки, даже если не хотел. Шаг за шагом. Понял, что должен снова двигаться, иначе я бы просто застрял в этом болоте. Потом записался на курсы фотографии. Всегда любил снимать, но всегда не хватало времени. Это дало мне какую-то опору, возможность видеть мир по-другому. Но самое важное — это люди. Я встретил тех, кто помог мне понять, что я не один. Есть те, кто готов выслушать, поддержать, даже если ты сам этого не видишь.

Его слова были тихими, но они звучали как откровение. Словно он обнажал передо мной часть себя, которой давно не было с кем поделиться.

Он звучал так искренне, что на секунду всё вокруг исчезло. Всё, что было до этого — предательство, развод, беременная Анна — растаяло, как утренний туман. В этот момент не существовало ничего, кроме нас двоих и этого маленького, уютного ресторанчика, где даже воздух был как-то мягче.

— Спасибо, — тихо прошептала я, почти не веря своим словам. — Спасибо, что ты здесь. Спасибо за эти слова. Ты не представляешь, как мне сейчас важно, что ты их сказал.

— Я просто хочу помочь, — ответил он, и в его голосе было что-то настолько тёплое и спокойное, что я едва могла поверить. — Ты сильная, Наташа. Я это чувствую. Просто позволь себе быть собой. Больше не нужно быть для всех кем-то, кем ты не хочешь быть.

Я попыталась кивнуть, но вместо этого просто сидела, ощущая, как его слова тянутся ко мне, как ласковый дождь в тёплую ночь. Когда официант поставил перед нами десерт, Михаил задержал взгляд, словно пытаясь перевести дыхание. Он словно был готов сказать что-то очень важное, что-то, что изменит всё.

— Наташа… — начал он, и его взгляд был таким уверенным, что я почувствовала, как сердце немного сжалось. — Я давно хотел тебе сказать… Я действительно испытываю к тебе чувства. Давно.

Эти слова, казалось, пробили мне грудь. В голове мгновенно потемнело, а сердце будто остановилось. В груди будто встал огромный камень. Хотелось крикнуть, задать вопрос, но я просто сидела, смотрела на него, ощущая, как внутри всё сводится в узел. А затем этот узел будто стал рвать меня изнутри, сжимать, сжимать…