Книга Развод: Я стала другой, страница 24 – Сур Шамс

Подошла к двери и взглянула в глазок. На пороге стоял Михаил. Его лицо было напряжённым, как струна перед разрывом, и в руках он держал папку с документами. Я не могла понять, зачем он пришёл, но не было времени на вопросы.

— Екатерина, можно войти? — спросил он, почти не скрывая своей серьёзности.

Я кивнула, открывая дверь. В его голосе было что-то такое, что мне не понравилось, но я всё же впустила его. Он прошёл в гостиную, не дождавшись приглашения, и сразу же перешёл к делу.

— Я знаю, что происходит, — сказал он, вытаскивая из папки несколько листов бумаги. — Я хочу помочь. И у меня есть то, что может вам помочь.

Я была поражена. Как он мог знать? Но, конечно, не стала терять время на вопросы.

— Откуда ты знаешь? — спросила я, удивлённая прямотой, с которой он это сказал.

Он взглянул на меня и чуть-чуть усмехнулся.

— У меня есть связи в бизнес-сообществе, — ответил он спокойно. — Когда появились новости о расследовании, я начал расспрашивать людей. И узнал кое-что… интересное.

Он протянул мне документы. Мои пальцы дрожали, когда я их взяла. Это были распечатки телефонных разговоров, электронных писем, список кодовых фраз и адресов, которые, казалось, не вмещались в мой мозг.

— Это часть их схемы, — объяснил Михаил, не торопясь. — Я не уверен, что полиция сможет быстро разобраться во всём этом, но если ты передашь эти документы вместе с теми, что у тебя есть, это может стать поворотным моментом. Это шанс.

Моё сердце сделало глубокий, нервный вдох. Может быть, это было то, что нам нужно? Может, нам удастся наконец поставить точку в этом кошмаре? Надежда… неужели она снова появилась? Всё стало казаться немного более реальным, как будто мы могли сделать что-то правильное.

— Ты… ты правда думаешь, что это может сработать? — спросила я, словно не веря в свои слова.

Михаил, взглянув в мои глаза, кивнул.

— Я в это верю.

* * *

На следующий день, как обычно, встретилась с Александром Петровичем. Передала ему свежие документы, а он, не торопясь, взял их в руки, внимательно пробежал глазами и кивнул.

— Это действительно важно, — сказал он, и его голос был такой твёрдый, что в нём не было ни малейшего сомнения. — Теперь у нас есть достаточно информации, чтобы ударить по ним сильнее. Но нужно действовать быстро. Они уже знают, что мы на хвосте.

Я кивнула в ответ, хотя понимала, что на самом деле мне не хватало уверенности. Но я верила Александру Петровичу. Мы с ним договорились, что он свяжется с полицией и передаст все материалы, а я постараюсь не высовываться и не привлекать лишнего внимания.

После встречи пошла домой. Шла, и почему-то было странное облегчение, как будто гора с плеч свалилась. Может, скоро всё закончится? Может, я смогу вернуться к нормальной жизни?

Но прошло несколько дней, и всё завертелось. В новостях начали появляться сообщения о новых арестах. Имена Дмитрия и его партнеров всё чаще звучали в контексте расследования, и не просто так. Громкие финансовые скандалы, захваты, отмывание денег… всё это как-то оказалось связано. Чувствовала, что мы на правильном пути. И в то же время было страшно. Я не могла успокоиться.

Однажды вечером, когда варила борщ, раздался телефонный звонок. На экране высветилось незнакомое имя. Сердце мое как-то странно ёкнуло, а пальцы сразу почувствовали холод.