Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 307 – Мари Ларина

— Не обязательно было об этом напоминать таким язвительным тоном, — мой нос презрительно сморщился.

— Не обязательно было задавать глупые вопросы. Как ты думаешь, много людей знают государственную тайну? — Эврен прищурил тёмные глаза, как лис, и поднял брови, сложив руки на груди.

— Да прекрати ко мне так снисходительно относиться! — я хлопнула ладонью по креслу, и Хаэль вздрогнул от неожиданности, посмотрев на меня каким-то странным взглядом. — Откуда мне знать, кто ещё в курсе⁈ — вспылила я. — Я сама только недавно об этом узнала! Может, есть кто-то ещё, кроме Тихого Круга, тебя и элериарха!

— Я не снисходителен к тебе, Мирст, но вопрос действительно глуп. — я, окончательно взбесившись, глухо зарычала. Придушила бы прямо здесь и сейчас! — Ладно, оставим спор, — он, увидев мою реакцию, махнул рукой. — Разумеется, кроме Тихого Круга, меня и элериарха никто не знает. Исключая тебя. — он вернулся к обсуждаемой теме.

Я немного успокоилась и призадумалась, вспоминая пометки Ириса про Северные древности.

— Скажи, а, чисто теоретически, на планах канализации мог числиться этот проход к Архивам?

Эврен задумчиво откинулся на спинку кресла, посмотрев в тёмный потолок. Чёрные брови нахмурились, и он зажмурил один глаз, в который било солнце, что лилось тёплыми золотыми нитями сквозь огромное окно. День абсолютно не располагал к работе.

— Хм… только если на очень, очень старых, когда архивы ещё не были секретным объектом, а теневики, скажем так, правили балом.

Вот оно! Я вскочила с кресла и начала мерить шагами ширину кабинета, чуть задержавшись у окна. Вид на золотистую Туманную площадь, залитую солнечным светом, был потрясающим, захватывающим дух. Осенние листья блестели золотом и багрянцем, разноцветные крыши домов приветливо бликовали всеми цветами радуги, а ильдевирельцы неторопливо сновали туда-сюда, наслаждаясь погожим деньком.

Около «Пеплотрав» Торш, в зелёном мягком костюмчике, расчищал милым деревянным веником золотые листья, что насыпались у порога с близстоящих клёнов. Он посмотрел прямо в наше окно, и я тепло улыбнулась ему, хоть он и не видел меня — вряд ли яркое солнце, бившее в стекло, позволило бы ему разглядеть даже мой силуэт.

— Возможно ли, что, чисто теоретически, во Второй Полке оказались именно такие, старые планы канализации? — отвлекаясь от наблюдения за миридом, я продолжила ходить из угла в угол.

— Чисто теоретически — да, — кивнул Хаэль, наблюдая за моей импровизированной разминкой. — Но я сомневаюсь в том, что они вообще сохранились. Это было очень много лет назад. — кажется, он понял, к чему я веду.

— Как ты думаешь, можем ли мы найти хотя бы один уцелевший?

Магистр нахмурился ещё сильнее, прикидывая в уме что-то. А я, озарённая одной мыслью, быстро подскочила к его безупречно уложенным документам на столе и принялась рыскать в них, выискивая нужный. Теневая активность… криминальные сводки… прошения… вот! Отчёт по краже из «Второй Полки»

Эврен возмущённо выдохнул, глядя на моё членовредительство, а я, пролистав папку, ткнула ему в описание того, что было украдено.

— Карта канализации, датированная четыреста двадцатым годом… — задумчиво протянул он, читая документ, а я удовлетворённо закивала, уже складывая всё по местам в том же порядке. — Да. Да, это может подойти! — его лицо просияло, и он позволил себе кошачью улыбку, которую я видела так редко. Мы встретились взглядами, и внутри тотчас затрепетал тот самый огонёк, который появляется, когда тебя хвалит самый строгий учитель. Бабочки защекотали своими ажурными крылышками рёбра. Я вздрогнула, а Эврен моргнул и отвёл взгляд.