Книга Цвет ночи. Обжигающий неон, страница 78 – Лера Виннер

— И тебе привет. Как устроились?

— Спасибо, хорошо, — он все же позволил себе бледную тень короткой усмешки, но тут же снова сделался предельно серьезен. — Я хотел бы встретиться с Дэнни, если это возможно. Разумеется, на любых условиях, которые ты сочтешь приемлемыми.

— Ну разумеется, — Эрика чуть потянула гласные, вопросительно кивнула Дэну снизу вверх, и, получив такое же молчаливое согласие, наконец взглянула на телефон. — Давай завтра. Сегодня у него еще есть дела.

Под вечер набережная Манхэттена была наполнена людьми: бегунами, прогуливающимися, просто спешащими по с моим делам.

— … А ещё у нас тут были гримолки. Настоящие. Если бы ты приехал на пару недель раньше, успел бы посмотреть.

— Они же вымерли.

— Да, и два — благодаря мне.

— Серьёзно?

— Даже зуб на память остался!

— И как Смотрящая это позволила?

— У нее специфические представления о свиданиях. Первое у нас было в венских катакомбах. Как оказалось.

Ганс рассмеялся и низко опустил голову, глядя на воду.

Они стояли, отвернувшись от пешеходной дорожки, создавая себе иллюзию уединения, но Дэна это вполне устраивало.

Он наконец дышал полной грудью, смотрел по сторонам заинтересованно, внимательно, ловя себя на том, что почти забыл, насколько красив Нью-Йорк.

— Я думал, кто-то из них придёт с тобой, — Ганс повернулся, окинул его серьезным, едва ли не вопросительным взглядом.

— С каких пор мне нужна охрана? Особенно теперь, когда всё решилось с Кланом, — Дэн бледно улыбнулся, отвечая на тот самый вопрос, который не был задан.

Как выяснилось, большая часть прибывшей в город группы уже подчинялась Гансу. Те немногие, кто сохранили верность его отцу, вели себя тихо, опасаясь и своих, и вампиров, и в частности Айзека. Единственным, кто доставлял беспокойство, был Вальтер-старший, то изрыгающий угрозы и проклятия, то надолго замолкающий.

Вокруг глаз Ганса залегли густые тёмные тени. То, что он делал, давалось ему непросто, да и не имело бы смысла, будь это не так. Однако что-либо отменять было уже поздно, и, отпивая кофе из своего стакана, Дэн спросил как можно спокойнее:

— Значит, Амстердам?

— Да, — Ганс тоже медленно сделал глоток. — Амстердам.

— Мне жаль.

— Да брось, — Ган снова посмотрел на него и, наконец, впервые за этот день улыбнулся. — В конце концов, мне всего двадцать восемь. Ещё могу успеть реформировать Клан, и, передав его в чьи-нибудь надёжные руки, снова сбежать в Париж.

— Продолжишь ловить убийц и жрать круассаны?

— Ну, ещё я трахался с художницей. Чуть не женился, между прочим, — Ган передал ему свой кофе и полез в карман за сигаретами.

Он предложил пачку Дэну, и тот, подумав, взял. Затянувшись в первый раз, прикрыл глаза, наслаждаясь тем, как сухой и горький дым обволакивает горло.

— Она одумалась?

— Это помешало бы ей творить, — забрав стакан обратно, Ган поднося к губам сигарету, посмотрел в низкое светло-серое осеннее небо.

Ничему из того, о чем они говорили, уже не суждено было сбыться, и оба это понимали. Реформирование Клана, разворот к тому, ради чего он когда-то создавался, — поддержанию баланса между Туманными Землями и людьми, — борьба с внутренними и внешними врагами… Все это обещало быть трудным и кровавым, и могло занять годы.

Ганс любил Париж и сбежал туда, порвав все связи с волками, едва став совершеннолетним. Вернуться значило для него примерно то же, что для любого беглеца — сдаться и добровольно отправиться в застенки, попутно прося о том, чтобы его пустили в них обратно.