Книга Цвет ночи. Обжигающий неон, страница 71 – Лера Виннер

— Ненавижу тебя. Никогда не прощу.

Зейн медленно, не отпуская ее взгляда, приподнялся на локте, положил ладонь ей на затылок и сжал пальцы, удерживая, принуждая продолжать смотреть себе в глаза.

— Я сотню лет тебя искал. На всех континентах, во всех любимых тобой местах. Тебя нигде не было. Ни единой зацепки, ни одного следа.

— Потому что все, чего я хотела, это навсегда от тебя избавиться, — она не вырывалась и не отворачивалась, но голос прозвучал ниже чем обычно, потому что снова обозначились клыки. — Лживая ты тварь.

Зейн подался вперед стремительнее, чем она успела отстраниться. Поцеловал, разбивая себе губы, делая поцелуй отчаянным, грязным кровавым.

Эрика вцепилась в него мертвой болезненной хваткой, прижала к себе и тут же оттолкнула, приглушенно рыча.

Снова падая на спину, Зейн легко скользнул коленом по ее бедру, и приподнимаясь, Эрика сжала его колено с силой, которую даже не попыталась контрооироаать, чтобы бездумно нежно провести губами по лодыжке.

Зейн сбился, застыл, ни на чем более не настаивая.

Ноги всегда были его чувствительным местом. Ноги и родинка на пояснице. Эрика с мстительным горячим удовлетворением этим пользовалась, вскользь проводя языком по ступне, прикусывая уже безо всяких клыков мизинец и поднимаясь выше, чтобы потереться щекой о внутреннюю сторону бедра почти благоговейно.

Она приспособилась и распробовала, узнала и запомнила, что и как нужно делать, чтобы ее Мастер… Ее бывший Мастер в первые пару раз не знавший, куда деться от неловкости, начинал низко и нетерпеливо рычать от наслаждения.

Смиряя собственную злость и ещё миллион оттенков самых разнообразных чувств, она перехватила его руки, прижила запястья к подушке и двигалась быстро, часто, но осторожно. Стараясь сделать так, чтобы и для него, и для Дэна всего этого стало чересчур.

Волчонок не должен был увидеть, как его почти-бог не смеет даже моргать без её приказа.

Как не должен был сам требовать от неё чего бы то ни было.

Застарелый парализующий ужас, все еще тлевший внутри, требовал выхода, вновь и вновь возвращая ее в ту ночь, когда пришлось выбрасывать пропитанный его кровью насквозь матрас.

Эрика почти не соображала, что делала, когда терлась о его плечо, ловила губами пальцы и слушала частые хриплые стоны как музыку.

Она как будто пыталась… додать, компенсировать Зейну те дни и ночи, проведенные вне времени наедине с болью. Получалось плохо. Не получалось никак. Было невозможно в принципе…

Зейн понимал так хорошо, что от этого становилось почти больно. Он гладил по затылку и шее, шептал что-то бессмысленное, ненужное, глупое.

— Рикки…

Эрика распахнула глаза, не понимая, правда ли он осмелился на это, или послышалось.

— Рикки, — Зейн повторил тише, так серьёзно, почти отчаянно, едва ли не умоляя.

— Замолчи, — она застонала, опуская голову ему на грудь.

Продолжила двигаться на нём быстро, рвано, некрасиво, не сдерживая себя хотя бы в этом.

Дэнни не впал в шок от того, что этот последний для него предел был перейден.

Он уверенно разжал её слишком крепо сжавшиеся на плече Зейна пальцы, широко лизнул запястье, а потом потянулся целовать. Не прерывая, не отвлекая. Впервые — не наблюдая со стороны, а присоединяясь.

Очередное «впервые» за эту ночь…

Эрика пропустила момент, в который осталась лежать, смиренно уткнувшись Зейну в живот и мечтая только о том, чтобы провалиться в сон и не восставать от него уже никогда.