Книга Вне подозрений, страница 10 – Юлия Резник

— Я не слишком разбираюсь в этом всем, но, по-моему, Зуль, ты сильно преувеличиваешь, — замечает Максут, помогая мне добрести до комнаты. Ноги, правда, совсем не держат. И, кажется, он по этому поводу очень собой гордился. — Если хочешь, могу на будущее купить презервативы.

— На будущее? — аж спотыкаюсь я. — Нет, секс был хорош. Но какое у нас будущее, Максут? Ты меня на десять лет как минимум младше…

— На девать. Но в целом какая разница?

— И вообще… Я проблемная. У меня дети, развод, собачья работа — врагу не пожелаешь.

Объяснять все это, когда у самой по бедру течет его сперма, странно. А еще очень бесит, что он мои доводы выслушивает с абсолютно дурацкой ухмылкой.

— Тебе смешно? — сощуриваюсь.

— Очень. — Максут валится на кровать, закидывает руки за голову, демонстрируя мне шикарные банки, и развивает мысль дальше: — Я-то боялся, что ты мне начнешь втирать, что я тебе не пара. Ну, знаешь, чурка там, все такое, что еще обычно о нас говорят… — только я открываю рот, чтобы возмутиться, что никогда бы такого не сказала, как Максут меня добивает, продолжив: — Поэтому, да, мне очень смешно, что все происходит ровно наоборот. Жизнь меня не готовила к тому, что кое-кто начнет меня убеждать, что это ты не пара мне.

Едва уношу от Максута ноги. Как-то я забыла, что в тридцать лет сексуальность у мужчин в самом рассвете. Ну, или это мне достался какой-то маньяк.

Думать о случившемся себе запрещаю. Нужно, чтобы страсти утихли. Загружаю себя под завязку работой и ни на что другое не отвлекаюсь.

Даже о Максуте заставляю себя думать именно в этой связке. Если он работает с братом в паре, то мне впору просить передать это расследование кому-то другому, ибо я становлюсь лицом заинтересованным, и если вдруг что — кабзда моей деловой репутации. «Но это же еще надо доказать, правда?» — размышляю, яростно затягиваясь сигаретным дымом. И рою, рою, рою…

На следующее заседание приглашаю Клуб разбитых сердец к себе. Не могу отделаться от мысли, что, потянув за эту ниточку, узнаю много нового. Договариваюсь даже с нашим лучшим профайлером, чтобы тот приехал, будто невзначай, посмотреть на «девчат» и дать им свою профессиональную характеристику.

Где-то по краю сознания бродит мысль, что я поступаю не слишком честно. Мне же доверились. Впустили в свой круг. Поддержали, когда мне было так плохо, что хоть волком вой, а я… Я их просто использую. Да, во благо законности, но все же. А если окажется, что Ива и ее близкие ни сном ни духом о том, что происходит у них под носом? Что если та встреча Максута с сутенером-братом в клубе вообще случайность?

Что… если и Максут ни при чем?

Хоть бы, хоть бы.

И вовсе не потому, что мне так зашло с ним трахаться. Просто, если его вина будет доказана, я же не остановлюсь. Он сядет. Очень и очень надолго. А мне того не хотелось бы.

Боже мой, как же я влипла!

Отталкиваясь одной ногой от пола, качаюсь на качелях, когда у дома останавливается машина, хлопают дверцы, и раздается веселый женский щебет. Ну, что? Приехали? Заседание Клуба можно считать открытым?

Иду встречать гостей, которых стены этого дома уже забыли, когда в последний раз видели. Дамы явно под впечатлением от моей дачи. О, да. Я их понимаю. Вертят по сторонам головами, ахают. Усаживаю всех за стол, вдохновленно рассказывая о том, как проходила реставрация. О родителях и деде с бабкой, от которых мне и достался дом, а сама очень пристально за каждой гостьей слежу, боясь упустить что-то важное.