Книга Ложка меда в канистре бензина, страница 82 – Марина Серова

* * *

Душ, переодевание, сушка волос феном — все это заняло полчаса. Еще полчаса — наслаждение настоящим кофе, который сварил довольно бодрый уже Урал Хабибуллович, и беседа ни о чем с Ларисой Алексеевной.

В Алькину комнату я вошла, открыв дверь коленкой. В одной руке держала большую керамическую кружку с горячим отваром липового цвета, в другой — пиалу с медом, из которой торчала маленькая ложечка.

— Альмира Ураловна, — громко позвала я. — Вставайте, госпожа, вас ждут великие дела!

Алька вынырнула из-под одеяла лохматой головой. Лицо было сонным и недовольным. Заюшка же ты моя!..

— Чего? Какие дела?.. — пробурчала Алька.

— Великие, говорю же! Выздоровление — великое дело!

Я села на кровать, держа в руках кружку и пиалу. Алька наполовину вылезла из-под своего пухового одеяла. На ней была бежевая фланелевая пижама. Цвет неприятно напомнил униформу персонала пиццерии «Для друзей».

— Пей давай! С медом. Я подержу пиалу.

— Раскомандовалась, — пробурчала Алька, но села и взяла двумя руками кружку.

Я не знала, с чего начать заготовленный серьезный разговор. Потому начала с главного:

— Аль, тебе не надо переезжать в Измир!

Мы проговорили около часа. Я изложила все, что знала, а также то, что домыслила, исходя из того, что знала. Понятие «небожители», которое я старательно обходила, Алька ввернула сама; оказывается, высоких покровителей Игоря так называл Олег. Мне не пришлось ни в чем ее убеждать! Алька и сама уже решила, что ни в какой Измир они с Региной не переедут, а Игорь пусть разруливает свою схему с учетом того, что два основных игрока из нее вышли.

— Знаешь, Жень, я чувствую, что Олежка со мной согласен, — заявила Алька, серьезно глядя мне в глаза. — Да нет, я просто знаю это! Ты же понимаешь, что я не сошла с ума! Я тебе говорила, что он мне снится… Вот позавчера же девять дней было, и опять приснился. Мы так хорошо… поговорили! Но теперь он уйдет, я знаю.

Девять дней не отмечали большим столом. Алька уже плохо себя чувствовала, температурила и почти не выходила из своей комнаты, а Урал Хабибуллович только выкарабкивался после отравления и был еще слаб. Лариса Алексеевна напекла три впечатляющие горки блинов, два противня эчпочмаков и два противня кыстыбыев. Немного оставила семье, остальное — для пункта поддержки бездомных при Симеоновском храме, в котором отпевали Олега. Игорь отвез ее с этим вкусным грузом, а также заказал поминальную службу. Алька порывалась поехать вместе с мамой, хотела даже Регину взять, но мы с Уралом Хабибулловичем буквально вцепились в нее и не пустили. Помогла и Виктория, которая как раз пришла заниматься с Региной, мягко объяснив Альке возможные негативные последствия для впечатлительной девочки. Говоря о психологической нагрузке панихиды, Виктория то и дело поглядывала на меня, а я ей слегка кивала. Боится она меня, что ли?..

Не боится, а ищет во мне союзника! И выяснилось это на следующий день. Выяснилось и другое: Виктория встречалась с Тагиром Закиевым и он рассказал ей свою версию событий в «мертвом городе». По его словам выходило, что они с Игорем просто общались, а я выскочила из машины и начала стрелять, ранила его помощника…

— А зачем вы встречаетесь с Закиевым? — перебила я Викторию и всю ту чушь, что она несла. — У вас с ним дела какие-то? Личные?