Книга Фау-2, страница 72 – Роберт Харрис

— В Пенемюнде наверняка ведь были женщины? – спросил Зайдель.

— Конечно. Не одна сотня.

— Ну и?.. Какие: молодые, старые?

— В основном молодые. Секретарши, лаборантки. Несколько математиков. Старшим инженерам разрешалось привозить жен и детей.

Зайдель помолчал с минуту.

— Не против, если я задам вопрос? Вы женаты?

— Нет. А вы?

— Да. А что? – Он искоса посмотрел на Графа. – Думаете, это имеет значение, если я еду в бордель?

— Для меня – нет.

Зайдель хохотнул:

— Раз там жили сотни женщин, то даже вы, Граф, могли найти себе одну, правда же?

— Я нашел.

— Продолжайте.

— Ее звали Карин. Она погибла при бомбежке.

— Ох… Простите.

Граф высунулся из окна и подставил лицо ветру. За месяц с лишним, проведенный в Голландии, он впервые упомянул ее имя.

Попытка Королевских ВВС уничтожить Пенемюнде, получившая кодовое наименование «Операция „Гидра“», проходила в почти идеальных условиях (безоблачное небо и полная луна) в ночь с семнадцатого на восемнадцатое августа 1943 года. В одиннадцать часов вечера восемь «москито» сбросили ориентирно-сигнальные бомбы и два десятка фугасок на Берлин, заставив немцев поверить, что главной целью удара является столица. Люфтваффе подняли на перехват сто пятьдесят истребителей. Пока те обыскивали пустое небо, а восемьдесят девять зенитных батарей выпускали свыше одиннадцати тысяч снарядов по воображаемым самолетам, в двухстах километрах к северу сразу после полуночи шестьсот тяжелых бомбардировщиков пересекли береговую линию.

Население Пенемюнде в ту ночь приближалось к двадцати тысячам: ученые и инженеры с семьями, механики, клерки, секретари, машинистки, охранники, повара, учителя, рабочие и подневольные иностранцы, в основном французы и русские. Вечер перед налетом, во вторник, выдался тихим и душным. Рабов заперли в деревянных бараках за электростанцией. Немцы прогуливались среди благоухающих сосен и сидели на песке. На пляже, с которого было видно сборочный ракетный цех, играли в волейбол.

Граф после заплыва отдыхал на спине, ногами к заходящему солнцу, поддерживаемый соленой водой. Чтобы не тонуть, требовалось лишь изредка подгребать руками. Верхние слои были теплыми после долгого лета, но он ощущал под собой холодную глубину. Он позволял течению увлекать себя на восток; набегающие волны изгибали его тело под свою форму. Инженер дрейфовал, сколько хватило смелости, затем перевернулся и энергично поплыл против течения к берегу, где Карин, чью хрупкую фигурку его память запечатлела в ореоле заката, ждала с полотенцем.

Они познакомились весной. Карин только что устроилась на должность личной помощницы доктора Вальтера Тиля, заместителя фон Брауна и непосредственного начальника Графа. В ее обязанности входило все: от организации встреч раздражительного шефа до присмотра за его двумя детьми. Все ее любили: она была красивая, обладала даром разливать вокруг себя спокойствие. Когда Граф предложил ей встречаться и она согласилась, его это удивило. Карин мечтала после войны работать воспитательницей в детском саду. Ей было двадцать три. Граф решил жениться на ней, намеревался спросить ее согласия – это могло бы случиться уже в тот вечер. Карин нервировало, что он слишком далеко заплывает, и беспокойство вызвало несвойственный ей приступ плохого настроения.