Онлайн книга «Фау-2»
|
Шлагбаум поднялся. Вперед вела дорога с узорчатыми фонарными столбами, к ней с обеих сторон подступал лес. Прежде она служила для велосипедных прогулок, теперь же над ней висела маскировочная сеть. На первый взгляд дорога казалась пустой. Но по мере того как Граф и Бивак шагали по ней, становилось очевидно, что за уходящими влево и вправо ответвлениями под сенью леса прячется хозяйство целого полка: палатки-склады, палатки-лаборатории, десятки автомобилей, десяток укутанных брезентом ракет. Насыщенный сыростью воздух оглашался криками, гулом генераторов, шумом двигателей. Бивак останавливался, задавал вопросы и нетерпеливо шествовал дальше. Местность слева шла под уклон. Сквозь ветви была видна гладь озера, темная как свинец, с островком и нарядным лодочным домиком. Когда обогнули поворот, Граф вскинул руку, требуя остановиться. В двухстах метрах впереди, на середине поляны, почти неразличимая поначалу благодаря пятнистому коричнево-зеленому камуфляжу, стояла вертикально на стартовой площадке «Фау–2», одинокая, если не считать стальной мачты, с которой ее соединял электрический кабель. Вокруг не наблюдалось никакого движения. Тонкая струйка пара вилась над баком с жидким кислородом, осаждаясь в туманном воздухе, как облачко от дыхания. Впечатление, как будто они набрели в глуши на некоего громадного и величественного зверя. — Можно подойти ближе? – спросил Бивак, инстинктивно понизив голос. — Это граница безопасной зоны, – возразил Граф. – Вы обратили внимание, что вспомогательный транспорт отогнан? Это значит, что пусковая команда уже в своих траншеях. – Он достал из кармана дождевика заглушки для ушей. – Вот, воспользуйтесь. — А вы? — Со мной все будет в порядке. — Значит, и со мной тоже, – отклонил предложение Бивак. Прозвучала сирена. Вспугнутая птица – редкий уцелевший экземпляр, подумалось Графу, ведь солдаты обожали охотиться на дичь с целью разнообразить питание, – выпорхнула из подлеска и судорожно взмыла в воздух. Ее хриплые панические крики разнеслись по дороге вместе с воем сирены. — Пустая эта штуковина весит четыре тонны, а заправленная – двенадцать с половиной, – сообщил Граф. – После зажигания топливо поступает самотеком. Двигатель выдает восемь тонн тяги – все еще меньше, чем масса ракеты. Из громкоговорителя послышался голос: — Десять… девять… восемь… От нижней части ракеты каскадом полетели искры, яркие, как светлячки в ночи. Внезапно они превратились в струю оранжевого пламени. Листья, ветки, комья земли взметнулись и закружились над поляной. — Включился турбонасос! – прокричал Граф, повернувшись к Биваку. – Тяга растет до двадцати пяти… — …три… два… один! Слова Графа потонули в резком трескучем реве. Инженер зажал уши ладонями. Соединительный кабель отошел. Смесь спирта и жидкого кислорода, накачиваемая турбонасосом в камеру сгорания и расходуемая по тонне за каждые семь секунд, производила, как у них в Пенемюнде принято было утверждать, самый громкий рукотворный звук на свете. От дрожи земли сотрясалось все тело. В лицо била волна жара. Окружающие деревья озарились сиянием. Подобно бегуну, напружинившемуся в упоре за долю секунды до выстрела стартового пистолета, «Фау–2» поначалу словно замерла в ожидании, а затем резко устремилась вверх, увлекая за собой пятнадцатиметровый огненный шлейф. Оглушительный грохот обрушился с неба на лес. Граф вывернул шею, наблюдая за ракетой, и повел в уме отсчет, молясь, чтобы она не взорвалась. Одна секунда… две секунды… три секунды… |