Книга Закон Мерфи, страница 110 – Михаил Сазонов

Елена отстранилась от брата и кинула взгляд в сторону.

— В конце концов, это неправильно и не по чести. Раз уж всё дело в чести рода, то, как мы будем выглядеть, если откажемся от них? — с грустью в голосе произнесла она.

— И не по правде, — таким же голосом добавляет брат. — Но таковы жизнь, Лена. Мы не можем исправить существующий порядок по собственному желанию, нам приходится подстраиваться.

Елена отошла чуть дальше от брата.

— И что с того, что жизнь такова? Это не повод отступать от принципов. Посмотри правде в глаза, вся эта система может задавить нас в любой момент, если очень сильно захочет.

Горецкий усмехнулся. Когда это его сестра стала вникать в механизмы системы родов? Она пытается уговорить его, совсем не понимая, о чём идёт речь.

— Всё намного сложнее, чем тебе может показаться, — он выпустил сестру из своих рук.

Елена задумалась. Но ведь отец всегда рассказывал ей, что их род один из сильнейших, разве ему необходимо считаться с мнением других родов или отдельных представителей? Или всё это было враньем, чтобы она не могла догадаться о реальном положении дел? Елена совсем запуталась в своих мыслях. И то, что ей говорил Артур, тоже может быть не правдой? Всё это настолько сложно, что, наверное, ей не стоило даже задумываться. Отец и брат должны знать, что делают. Тогда почему создаётся впечатление, что они чего-то боятся…

— Нет, — резко отрезала она. — Мы не можем так быстро и внезапно рвать отношения с братьями. А я не смогу отказаться от Артура. Что бы с ними не случилось, я считаю, мы должны поддерживать связь. Как можем. Может, не так, как раньше, не так тесно взаимодействовать, не так часто видеться, но и не сводить это только к родовым делам, — быстро, как скороговоркой, сказала она и перевела взгляд на брата.

За дверью послышались шаги. Они могли принадлежать кому угодно в этом доме, но шаги были достаточно тяжёлые и, скорее всего, это был отец, либо кто-то ещё из братьев. Они могли зайти в кабинет к брату в любой момент и увидеть Елену в слезах. Тогда пришлось бы как-то объясняться и ни в коем случае не намекать о том, что они обсуждали. Сердце Елены стало бешено колотиться в её груди, лицо брата изменилось и стало бледно-серьёзным. Он посмотрел на дверь в ожидании того, что кто-то её откроет. Шаги приближались, кажется, кто-то действительно направлялся к комнате.

«Только не отец…» — пронеслось в голове у Горецкого.

Но как только шаги стали очень слышимы, они сразу стали будто затихать. Тот, кто шёл по коридору, прошёл мимо двери. Скорее всего, отец шёл куда-то по своим делам. Возможно, он искал Елену, которая ещё днем ушла гулять по усадьбе и спустя несколько часов так и не появилась перед семьёй. В таком случае он наверняка пошёл в комнату Елены и им нужно было поскорее заканчивать разговор, чтобы никто не заподозрил неладное.

Елена шмыгнула носом и облегчённо вздохнула, брат остался в той же позе и не сводил взгляда с дверей. Теперь, когда можно вернуться к теме беседы, Елена стала переживать из-за того, что ей наговорил брат, ощущая теперь безысходность. Обида и злость отошли куда-то на второй план. Как бы ей хотелось, чтобы брат ответил ей, что всё будет в порядке и они забудут этот разговор.

— Я подумаю, что можно с этим сделать. Всё-таки ты моя сестра и я должен заботиться о тебе, — Горецкий смягчился и погладил сестру по голове. — Я думаю, в твоих словах есть доля истины.