Книга Повелитель гоблинов. Том 7, страница 44 – Евгений Лисицин, Андрей Мельник

Я мысленно отметил, что этот механизм легко адаптировать для подъёмных ворот. Когда дойдём до продвинутой фортификации, этот чертёж окупится десятикратно.

— Болт, я правильно понимаю, что ты за пять дней нарисовал кучу механизмов?

Хобгоблин замялся и потёр затылок:

— Не совсем… Шесть моих. Кран и строительные леса придумал Гвоздь. Он у меня лучший по каменной кладке. Токарный станок Шуфел нарисовал, а рычажный пресс… — Болт кашлянул и кивнул куда-то в сторону. — Это Мелисса. Она масло добывала… Видимо, устала камнем махать и придумала. Во сне вдохновение пришло, как и у остальных. Увидела, как мы давим ягоды камнем, и через день принесла чертёж. Я проверил, работает!

— Кто это такая? — удивился я, впервые слыша это имя.

— Гоблинша из новеньких. Тихая, милая, руки золотые и голова варит.

Коржик, услышав про ещё одну талантливую гоблиншу, открыл было рот, но подзатыльник Шрама прилетел раньше, чем первый звук успел покинуть горло нашего любвеобильного приручителя.

Я аккуратно собрал листы обратно в папку. Двенадцать чертежей. Двенадцать механизмов, каждый из которых меняет что-то в нашей жизни. Кран ускорит строительство стен, а нория поможет. Нория и тот странный винт, по идее, незаменимы в ирригации при перепаде высот.

Токарный станок позволит штамповать стрелы сотнями, а станковый арбалет на стене превратит любой штурм в дорогое удовольствие для атакующих. Инженерная мастерская окупилась за первую же неделю. А ведь ещё даже не все идеи, как я понимаю, воплощены!

— Болт, — посмотрел я главному строителю в глаза, — передай всей команде мою благодарность. Делайте прототипы. Особенно важно освоить арбалеты. Сможем делать их, затем начнём изменять под наши потребности.

Болт коротко кивнул. Хвалить его ещё бессмысленно: он из породы тех, для кого лучшая похвала заключается во фразе «делай дальше». Но всё-таки можно и отметить вклад всей остальной команды…

— Хотите премию какую-нибудь? — уточнил я.

— А премия как в тот раз? — испуганно поинтересовался Болт.

— Нет, не крапивой по жопе. Настоящую награду. Чего ты и твои ребята хотели бы?

— Вождь… А можно это… Наш отряд подвинуть в очереди в глазырню? — смущаясь, спросил он.

— Что это такое? — удивился я.

— Ну, мы купальню построили, там помещение есть с дырочками для глаз, чтобы за гоблиншами подглядывать. Но парни Спартака и Шрама на всю неделю очередь заняли… Нам бы их это, подвинуть чуток…

Я рассмеялся от всей души. Ну гоблины… Ну даёте!

— Скоро уйдёт Спартак, Шрам и вся остальная бравая команда. Настанет ваша очередь, — ободрил я его.

— Ура! Спасибо! — обрадовался Болт, как будто это после его просьбы я решил бойцов на войну забрать.

— Ладно, везунчики, давайте обсудим другой вопрос: какие проблемы есть по твоей части? — уточнил я.

— Главная проблема прежняя, — развёл руками Болт. — Мрамора нет, крепких каменных пород нет. Обычного камня в избытке, но мы сколько за день добудем, столько на постройки и тратим. Лишь небольшой запас держим на всякий случай. Добыча вообще сильно выросла за счёт муравьёв и повозок, но требования к постройке стены всё ещё в разы превосходят наши возможности. А, ну, ещё бумага закончилась.

Ожидаемая, но от этого не менее неприятная проблема… Бумага в цивилизации, которая рисует чертежи, ведёт учёт, записывает итоги собрания, расходуется быстрее боеприпасов. А мы до сих пор сидим на тростниковом папирусе, который производится в объёмах, рассчитанных на поселение втрое меньшего размера, и добывается в одном-единственном озере на западе отсюда.