Книга Через пламя и ночь, страница 53 – Анастасия Андрианова

Мавна тяжело сглотнула. Варде положил руку ей на плечо, и она не задумываясь накрыла его холодные пальцы своими. Колени стали слабыми, воздуха в груди не хватало. Осталось ли что-то от их двора? А как же мама? Как отец, Илар, Купава? Вряд ли Боярышник знает их всех…

— А Илар?.. – выдавила она. – Мой брат. Ты мог его видеть. Он высокий, крепкий, с короткими светлыми волосами…

Мавна заметила, что Смородник не сводит с неё внимательного хмурого взгляда.

— Илар? – спросил Боярышник, и Мавна быстро закивала, ещё не зная, радоваться или тревожиться. – Так из-за него всё и началось. Парень он толковый, но больно вспыльчивый. Он убил моего человека. А мы такое не прощаем. Да, Смородник?

У Мавны поплыло перед глазами. Она сбросила руку Варде и села на траву. Она слышала, как Смородник что-то глухо спрашивает, но в голове стоял такой шум, что до неё донёсся только ответ Боярышника, и то будто сквозь туман.

— Лыка убил. Словно кто-то проклял мой отряд, теряю лучших людей. Сперва Дивник, за ним вот Лыко. Теперь в деревне ещё больше наших. А того парня и след простыл. Сбежал, наверное. Уж прости за дурные вести, красавица.

Руки сами собой опустились плетьми на колени. Козёл тыкался в плечо лобастой головой, но не было сил даже посмотреть на него. Голову заполняла только одна мысль: Илар стал убийцей. Мавна давно боялась, как бы это ни произошло, уж слишком легко брат бросался в драки, слишком сильно бил и мало думал. Как всё случилось? Чародей сказал что-то о нём? Или это была, не приведи Покровители, пьяная драка? Или Илар сам стал задирать этого Лыка? И где теперь Илар? Что с ним? Его же сожрут упыри, одного, да ещё и такого дурачка…

— Как это было? – спросила Мавна, не узнавая свой голос. Прочистила горло и спросила громче: – Как он убил чародея? За что?

— Меня там не было, – ответил Боярышник. – Я оставил часть отряда в деревне, но сам не видел и не знаю. Сип сказал, что какой-то двор подожгли искрой, и Лыка нашли там же, с распоротой шеей. Когда начали спрашивать местных, поняли, что Илара не хватает. Он помогал нам с обходами, а после исчез без следа. Вот и всё, что мне известно. Извини.

Мавна кивнула – вернее, только безвольно опустила голову. Боярышник сказал, будто его отряд прокляли, но уж кого прокляли, так это её семью. Раско, она сама, теперь Илар… Как там родители? Как лавка? Печётся ли хлеб? И Купаве, должно быть, стало совсем одиноко.

Козёл успокоился, перестал бодаться и свернулся у её ног. Мавна запустила пальцы в жёсткую шерсть. Покровители, хоть бы это оказался Раско… Хоть что-то было бы хорошее. Она опустила лицо к козлиной спине и прижалась к нему, безучастно наблюдая за двумя чародеями.

Боярышник вальяжно прошёлся по поляне и приподнял мыском горловину мешка, в котором Смородник держал упыриные сердца. После битвы не всё уцелело, да и многие сердца превратились в бесформенные чёрные комья, и Мавна удивлялась, зачем Смородник упрямо тащит с собой этот дурнопахнущий хлам, но не отваживалась спросить.

— Что это у тебя? Вещицы для грязных чар райхи? Наводишь мор на деревни? Или травишь колодцы?

— Убирайся.

— Ох, я же глава твоего отряда. Ты же хочешь вернуться, так что лучше будь вежливым.

Боярышник понюхал содержимое мешка и вздохнул.

— Так я и думал. Останки нежаков. Ты хочешь принести их Сеннице, чтобы она смогла через них лучше узнать природу упырей. Если я прав, то ты ещё более жалкий и предсказуемый, чем я думал. Прости, но это тебе не пригодится. – Он отшвырнул мешок в сторону, и Смородник поморщился, будто от боли. – Потому что Желна и её отряд уже привезли столько упыриных тел, сколько ты в жизни не видел. Свежих. И вроде бы даже привели живого упыря.