Книга Карнавал лжи, страница 124 – Евгения Сафонова

— Позвольте познакомить, – промолвил господин Гирен. – Мастер Вермиллион. Он же Мастер Иллюзионист. Он же…

— Один из шести Мастеров Адамантской Школы. – Арон улыбнулся чему-то, ясному ему одному. – Я так и понял.

Когда амадэй, закончив с едой, аккуратно отложил медную вилку, чтобы снова посмотреть на Мастера Иллюзиониста, волшебник беспечно складывал кораблик из накрахмаленной салфетки.

— Здешняя яичница и в самом деле чудесна, – произнёс Арон, отодвигая от себя деревянную тарелку с узором из дубовых листьев на кромке. – Итак… Мастер. Кажется, вы хотели поговорить.

— Ожидаемые вопросы, святой отец, – сказал тот, поднимая на собеседника безмятежный взгляд голубых глаз. – Мне любопытно, как наш Гирен обзавёлся такой многочисленной и… интересной семьёй.

Лив, тоже давно расправившаяся с яичницей (надо сказать, и правда вкусной), смотрела на Мастера во все глаза. Хотя на тех великих и страшных Мастеров Адамантской Школы, о которых она была наслышана с детства, Иллюзионист нисколечко не походил. Скорее уж на подмастерье.

— Почему вы такой молодой, если вы учили господина Гирена, который такой старый? – торопливо спросила девочка, воспользовавшись паузой в разговоре. – Вы что, наколдовываете иллюзию, чтобы выглядеть моложе?

— Нет, не колдую. Просто Гирен состарился быстрее, потому что не пользовался своим Даром. Он был одним из первых моих учеников. – Иллюзионист глядел на неё с доброжелательным интересом. Он отвечал просто и серьёзно, без намёка на сюсюкающие нотки, которыми взрослые так любят приправлять общение с детьми, – Лив они всегда ужасно бесили. – Маги стареют медленнее, чем простые смертные, но только если постоянно творят волшебство. Если они перестают использовать Дар, то старятся даже быстрее обычного. А ещё у каждого волшебника свой возраст, в котором его старение замедляется, и я вошёл в него очень рано.

— Сколько вам лет?

— Будет сотня в грядущем году. – Услышав её удивлённое «ой», Мастер тихонько рассмеялся. – Неплохо сохранился, знаю.

— Представляю, как вся Гильдия на ушах стояла, когда тебя избрали, – буркнул господин Гирен. – Мастер Школы в сорок-то лет…

— Заклинатель до сих пор зовёт меня молокососом, и я даже не собираюсь с этим спорить, – беззаботно согласился волшебник. – Впрочем, предлагаю вернуться к вопросу, озвученному ранее.

Господин Гирен оглядел почти пустой трактир. Подозрительно покосился на подавальщиц, протиравших столы, но появление Мастера в этом заведении отнюдь не было чем-то из ряда вон выходящим: Иллюзионисту и его новоявленным знакомым уделяли внимания не больше, чем требовалось для принятия заказа.

— Мы встретились довольно давно, – произнёс Арон, сложив руки на лакированной столешнице с выщерблинами, оставленными сотнями гостей. – Я странствовал по королевству, но как-то меня занесло в Фар-Лойл, и я выручил его жителей из беды.

— Какой?

— Эпидемия. Красная лихорадка.

— Так вы целитель, – сказал Иллюзионист – как будто даже удовлетворённо.

— Да.

— Сильный?

— Довольно.

— Оно и чувствуется. И что было дальше?

— Пастырь Фар-Лойла оказался весьма мне признателен. Поскольку у меня не имелось ни дома, ни семьи, а пастырь был уже стар, мне предложили остаться в деревне и занять место его преемника. Я согласился.