Книга Дифференцировать тьму, страница 63 – Евгения Сафонова

— Ясно. – Я смотрела на свои пальцы, сжимавшие складки юбки. – И что потом с ними происходит? С девушками? После того как принц наиграется?

— Он отдаёт их другим. Таким, как Артэйз. Тем, чью душу тоже грызут демоны. А после их игр… – Лод прикрыл глаза. – Иногда они умирают прямо у них, иногда попадают ко мне, но милосерднее заставить их уснуть навеки, чем лечить. Можно излечить тело, но не искалеченную душу.

— Даже потерей памяти?

— А толку? Мне не разрешают возвращать их домой. Не разрешают держать при себе. И игры дроу будут повторяться, пока несчастные не умрут. Я умолял Алью не уподобляться врагам, умолял во имя нашей дружбы, но отношение к пленным – единственное, в чём он абсолютно непреклонен.

Я медленно подняла голову:

— А теперь скажите честно… что сделает принц, узнав, что к нему в руки попала невестка того, кто обрёк его сестру на мучительную смерть?

Лод встретил мой взгляд, не моргая.

И я увидела ответ в его глазах.

Конечно же, он знал, что Алья сделает с той, кто более других причастна к его боли. Потому и молчит о личности Кристы. Не забавы ради, просто иначе Алья забрал бы её немедленно.

Если попытаемся сбежать и провалимся, а мы обязательно провалимся – погибнем обе. Если не попытаемся – наивное доверие в глазах Кристы до конца жизни будет главной темой моих кошмаров. Ведь её ждёт судьба даже хуже той, что дроу уготовили просто девушкам-полукровкам.

А как бы мне ни хотелось думать, что мне плевать, моя треклятая совесть всё же сильнее моего эгоизма.

— Вы не можете просто отпустить нас? – тихо, почти жалобно спросила я. – Вы же хотели бы. Я вижу.

Лод присел рядом со мной – так, чтобы не смотреть сверху вниз.

— Я не могу спасти всех. Но я могу спасти тебя. – Он тронул мою ладонь кончиками пальцев. – И если ты не откажешься от мысли творить глупости ради мифического шанса на побег, клянусь, я с помощью ошейника заставлю тебя пролежать в кровати всё время, пока Криста не окажется у Альи.

Со сломанными рёбрами мне было не до того, чтобы думать о всяких там прикосновениях, но сейчас сердце замерло, словно на качелях, в томительный миг перед началом падения.

А стоило вспомнить, как его руки скользят по коже…

Я отдёрнула руку, словно от кипятка.

— А что насчёт мук совести?

— Ты всё равно забудешь об этом, – справедливо заметил Лод. – Ещё пара недель, и ты забудешь обо всём, что здесь видела.

— Пара недель? Предыдущую девушку вы продержали год.

— На то были причины, – уклончиво ответил колдун. – Ты – другое дело. Ещё несколько разговоров и шахматных партий, и ты свободна.

Я задумчиво облизнула губы.

Потом встала и направилась к выходу из спальни.

После всего, что произошло, у меня оставалось всё меньше оснований для того, чтобы ему не верить. Но…

— Мне надо подумать, – остановившись у цветочных горшков, я обернулась. – А что делает пыльца?

— Тех цветов, что ближе к тебе – усыпляет. Одна щепотка в лицо, и любое живое существо уснёт на несколько часов. – Лод так и сидел на кровати, наблюдая за мной безо всякого удивления. Наверняка иллюранди рассказал, что во время ночной прогулки я интересовалась волшебной оранжереей. – Тех, что с пятью лепестками, похожих на звёзды, – нейтрализует действие сумрачной пыли.

— А сумрачная пыль – это пыльца лилий? Которая делает невидимой?