Книга Opus 1, страница 58 – Евгения Сафонова

— Врёт, – уверенно вставила Ева. – Всё врёт.

— Он не может лгать, – возразил Герберт, не оглядываясь. – Круг не позволяет. Наши слова сразу складывают условия сделки.

— Зато он может талантливо недоговаривать. – Ева обвиняющим перстом устремила на демона указательный палец. – Что тебе нужно на самом деле? Отвечай. Правду. Немедленно!

— Ты забавная, златовласка, – прошелестел тот. – Не доверяем людям?

— Демонам. Говори.

— Хочу развлечься, только и всего.

Евины подозрения ответ ни капельки не развеял. Понятие «развлечение» каждый трактует по-своему, а судя по букету, представления Мэтласса о развлечениях были весьма специфическими.

Герберт задумчиво созерцал невинное лицо под золотыми кудрями; с пальцев некроманта на пол капала кровь.

— Гарант нашей абсолютной безопасности, – сказал он наконец. – Формулировка «не пострадаем» меня не устраивает.

— Вы двое не получите по моей вине никаких физических, душевных и моральных травм, – легко согласился демон, пока в цвет круга добавлялись новые оттенки синего.

— Как и никто другой.

— Этого обещать не могу. Знания, что я тебе открою, помогут вам заполучить волшебный клинок и совершить государственный переворот. Вряд ли при таком раскладе обойдётся без пострадавших, а расплачиваться расторжением контракта за их страдания я не хочу. К слову, если вы со златовлаской случайно порежетесь этим клинком либо в ходе переворота и подготовки к нему пострадаете от посторонних – это не моя вина. Договор разрывается, лишь если вы получите травму при моём непосредственном участии. Если я подтолкну вас к этому словом или делом.

— Или иллюзией, – кивнул Герберт, не удивившись, что твари всё известно. – Справедливо.

Несмотря на внешнее спокойствие, в голосе некроманта мелькнуло нечто, отчего Ева поняла: этот пункт был ловушкой. С его стороны. Тем самым, что в договорах обычно пишут мелким шрифтом. И Герберт не слишком доволен тем, что демон её разглядел.

— Ты не будешь настраивать нас друг против друга, – продолжил некромант. – И не заставишь нас, иллюзиями или чем-то иным, друг другу навредить.

— Это предполагает пункт про травмы, но без проблем.

— Появляться, как и творить иллюзии, ты будешь исключительно в нашем присутствии. Не при посторонних.

— Посторонние и так не смогут увидеть ни меня, ни мои фокусы.

— Зато увидим мы. Не хочу принять невинного гостя за чудище или наёмного убийцу. Или чтобы твои фокусы сорвали мне важные переговоры.

— Умный мальчик, – поощрительно заметил Мэт. – Договорились.

— И я согласен выпустить тебя только на неделю, – добавил Герберт, когда в линии примешались сливовые проблески.

— До конца зимы.

— Две недели.

— До конца зимы.

— Убирайся, откуда пришёл. Я призову кого-нибудь посговорчивее.

— Месяц. Предложишь меньше, уберусь с превеликим удовольствием.

— Герберт, может, не стоит…

— Я заключаю магический договор не в первый раз. И о подвохах осведомлён получше твоего. Не надо меня учить. – Некромант даже не взглянул в её сторону. – Ладно. Месяц. – Он протянул демону окровавленную ладонь: через сияющую границу, навстречу другой, готовой для рукопожатия ладони. – Я, Гербеуэрт тир Рейоль, позволю тебе пребывать в этом мире до назначенного срока, если исполнишь свою часть сделки и покуда соблюдаются её оговорённые условия. Нарушение договора повлечёт за собой его расторжение и твоё немедленное возвращение в Межгранье.