Книга Вершины и пропасти, страница 116 – Софья Ролдугина

— Я тебя так и не поблагодарил за то, что ты меня спасла.

— Ты и так хорошо потрепал ту тварь, мне её только добить оставалось…

— Не надо, – поморщился он. – Я, конечно, хорош, но чужих заслуг мне не надо. Пустой похвалы от матери и от Кальва хватило.

— Вы дружны?

— С матерью?

— С братом.

Угрожать в каюте было некому, поэтому Мирра одарил пламенным взглядом открытый сундук.

— Ещё чего. С таким дурнем и занудой дружить – только мучиться… Но от брата куда денешься, – он помолчал. – Кальв… цел?

Фог уже распутала ему волосы и теперь бесцельно, бездумно водила гребнем, любуясь блеском.

— Ему на помощь отправились с Эсхейд с Телором – и с целой дружиной в придачу, – спокойно ответила она. – Если Кальв сумел продержаться до тех пор, то уж, наверное, теперь ему и подземные чудища не страшны… Мне говорили, вы с ним вместе воспитывались.

Вопрос вышел опасный – чересчур личный; однако Мирра только плечами пожал, точно скрывать ему было нечего.

— Мать у Кальва умерла родами, а тут как раз тремя днями позже и я родился; вот только он был сыном законной жены, а я – любовницы, простой танцовщицы-кьярчи. Но моя мать нас обоих вырастила, ни в чём не делая различий. Такой уж у неё нрав. У лорги жёны отчего-то долго не живут, – усмехнулся наместник жёстко. – Так что матери было на кого любовь изливать: она потом ещё троих мальчишек воспитала, хоть отцу-государю и это и не нравилось. Впрочем, и я его разочаровал: вырос невысокий и лицом подобный девчонке, – добавил он, явно передразнивая кого-то.

«Лоргу, наверное», – подумала Фог – и, вспомнив рассказы Эсхейд о том, как тот заставлял сына переодеваться в женское платье для забавы и прислуживать на пирах, сама отчего-то разозлилась.

— Мир больше, чем дворец лорги, – вслух ответила она. – Может, здесь ты и правда уже в плечах и милее лицом, чем остальные. Но у нас, в Ишмирате, изящество и миловидность – достоинства и для мужчины, и для женщины, как и умение играть на музыкальных инструментах, танцевать, слагать изысканные стихи… Я не умею, кстати, – улыбнулась она. – Но мне можно, я учёная-киморт.

Мирра фыркнул:

— Мне тоже всё теперь можно – у меня, видишь ли, меч острый и нрав скверный. Насмешников поубавилось, уж поверь.

— Иаллам не насмешник, – быстро сказала Фог, вспомнив происшествие у озера. – Не сердись на него, ладно?

— Я и не сержусь, – ответил Мирра, едва заметно улыбаясь. – Я забавляюсь. Скажешь, что он не забавный?

Ответить «нет», не покривив душой, Фог бы не могла, потому просто отдала ему гребень, пробормотав, что, мол, не прочь забрать его позже.

— Мне-то самой, э-э, – снова указала она неопределённо на собственные всклокоченные кудри. А наместник понимающе кивнул:

— А у тебя самой капитан есть, он тебе не только гребень одолжит, но и причешет сам, только обрадуется.

Щёки у неё вспыхнули. Мирра же, явно довольный собой, накинул плащ, скрепил фибулой и первым вышел из каюты, словно был здесь хозяином, а не гостем.

Дирижабль летел низко, почти над самыми верхушками деревьев, надёжно скрытый облаком: Фогарта усвоила урок, преподанный в Ашрабе, и не собиралась теперь подставляться под атаку морт-мечом или стреломётом. Частенько можно было заметить с высоты чудищ, выбравшихся из-под земли; к счастью, среди них не встречалось никого, столь же опасного, как та огромная многоножка. Места, где прошли сражения, попадались тоже – поломанные деревья, целые пустыри, выгоревшие дотла.