Книга Север и юг, страница 65 – Софья Ролдугина

— Что не поделили твой отец и Ромар?

Услышав вопрос, Тайра вздрогнула и потянулась к ножу.

— И всегда ты начинаешь разговор с того, что пугаешь собеседника, эстра? – криво улыбнулась она, опираясь спиной на дерево. Стреноженный гурн щипал травку, кося чёрным глазом. – Кто тебе рассказал?

— Никто не рассказывал, сам догадался, – Алар подошёл к ней вплотную, так что стала очевидна разница в росте, и Тайре пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в лицо. – Если бы рассказали, я бы не расспрашивал сейчас.

— И о многом ты сам догадался? – взгляд у неё стал неприятным.

— О том, что ты искала способ сбежать из табора – раз. О том, что Тарри-Трещотку любят больше, чем Ромара, – это два. О том, что между Ромаром и его сестрой, вашей матерью, что-то произошло, после чего она стала его бояться, – это три. А вас двоих, судя по оговоркам, вырастил отец, а не Ромар, – четыре. Вайна поддерживает тебя и Тарри, с Ромаром же дела не имеет, хотя вслух ему не возражает, – это пять. Достаточно ли?

— Ну, и о чем мне рассказывать, коли ты главное уже знаешь? – отвела взгляд Тайра.

— Власть?

— Табор. Табор должен был достаться моему отцу, а после – Тарри, – негромко выговорила она, но в её словах было столько ярости, что Алару стало не по себе. – Это было десять лет назад. Не буду возводить напраслину на Ромара, доказательств-то нет… Но когда табор был в городе, мой отец одним вечером ушёл и не вернулся. А перед тем они с Ромаром крепко повздорили. Думаю, если бы вайна не взяла нас двоих под защиту, то мы бы эти десять лет не прожили. Да и Ромар… Он только зовёт нашу мать сестрой. Крови у них общей нет, он на её младшей сестре женат был, да она родами умерла.

— А теперь вайна стара, но зато влияние укрепила ты, – заключил он так же тихо, чтобы не привлечь внимания Рейны. – И Тарри уж слишком явно показывает, что ни на какую власть не претендует… Что вы задумали?

— Власть поделить, конечно, – нехорошо усмехнулась она. – Ромар давно вокруг меня ходит, в жёны зовёт. Намекал, что моей матери защита нужна, а то мало ли что – дороги-то опасные. Договорился, красавец, сегодня я ему порошка для слабости в похлёбку подсыпала. А после завтрака, как вы ушли и табор стал с места сниматься, я свару устроила. Мол, что позор это – обещания нарушать, перед Аю данные. Ромар меня увещевать пытался, а я только громче кричала. Затем взбеленилась вконец, забрала гурна и заявила, что ухожу. Потом Тарри должен был за оскорбление сестры Ромара на поединок вызывать. Ну, а после того, как ученица вайны так громко ушла да ещё все грешки «старшему» припомнила, от поединка на ножах отказываться – значит, перед всеми свою слабость показать, – Тайра закинула руки Алару на плечи и прижала губы к уху: – Ромар, конечно, проиграл, иначе за мной бы уже погоню отправили. Но возвращаться мне пока нельзя, я же гордая, оскорблённая, поклялась, что совсем уйду. Если вернусь тут же – люди говорить станут, что сговор был. А так – молчать будут. Старший мёртв, ученица вайны сбежала, если ссориться и во всём злой умысел искать – так и табор развалить можно. До первого города, небось, Тарри временно сделают старшим, потому что он победил. А от временного и до постоянного недалеко… Эстра, пойдём вместе до города? Или бросишь женщину одну в горах?