Книга Север и юг, страница 218 – Софья Ролдугина

— Подозрительно, – согласилась Фог. – Получается, что нам надо туда ворваться и поискать пленённых кимортов?

Унна улыбнулась; за тёмной вуалью улыбка выглядела пугающей.

— В другое время я отговорила бы вас от поспешных шагов, но ныне даю вам своё благословение. Ветер нашёптывает, что этот случай – лишь малая часть того зла, которое пряталось от моих глаз долгие годы… и что сейчас пришло время пустить в ход этот кинжал, – прикоснулась она к ритуальному клинку на своём поясе. – С вами пойдёт мой посланник. Спасите пленников, соберите доказательства – а уж о наказании для Радхаба я позабочусь, и даже дядя не сможет его выгородить. Торговать кимортами, а тем более утаивать их существование от конклава – тяжкое преступление… Идите прямо сейчас. Нынче ночью я выступлю на собрании конклава, чтобы осудить преступления покойного Халиля-Утара арх Ташира, и несколько дней Радхабу, если он также причастен к попытке тебя продать, будет не до проверки мирцитового рудника. А поместья ненадолго останутся без хозяйского пригляда.

— Около рудника, значит, – почесал подбородок Сэрим. – Ну, за два дня и впрямь обернёмся, если тхарги попадутся шустрые. На дирижабле-то лететь нельзя – его издали видно, да и к тому же «Штерра» приметная. Если михрани – да надует ей ветер песка полные уши – своим союзникам весточку послала, то пусть они думают, что мы в городе пока.

— Мои помощники облачатся в такие же одежды, как у вас, и отсюда направятся прямо в храм, по самым людным местам пройдут, – кивнула жрица. – А вы выйдете по тайному ходу за стены Ашраба. Там будут ждать и тхарги, и всё, что необходимо ещё. Медлить нельзя. Позаботься о них, – обратилась она к посланнику, укутанному в покрывала, который по-прежнему стоял у дверей. А затем повернулась к Фог: – Этому человеку я доверяю, как самой себе. Можете положиться на него; он не подведёт. Воистину Ветер Карающий благословил его… Тебя что-то беспокоит?

— Да, – призналась Фогарта нехотя. – Я сегодня сундук на «Штерре» оставила, не думала, что сразу отсюда в путешествие отправимся. Боюсь, как от города отойдём, он за мной следом полетит. Как бы не набедокурил. В Дабуре он, кажется, стену проломил…

Сэрим рассмеялся, не скрываясь; остальные сделали вид, что закашлялись, включая посланника, и только Сидше, проявляя железную волю, хранил видимую безмятежность.

— Я позабочусь о твоём сундуке и помогу ему перебраться через стену, никому не навредив, – пообещал Настар, обменявшись взглядами с жрицей. – Пожалуй, даже неплохо будет, если он немного беспорядка устроит: если за «Штеррой» и впрямь следят, то так соглядатаи подумают, что ты ещё в городе. Ступай и ни о чём не волнуйся, дитя.

Секретный ход хоть и назывался так, но больше напоминал детский лаз – только очень длинный и тёмный. Если бы не посланник, который уверенно вёл их по этой «норе», то Фог, пожалуй, забеспокоилась бы. Идти пришлось около часа. Временами дышать становилось нелегко, и лицо покрывалось испариной, а в глазах темнело; иногда, наоборот, попадались развилки, откуда отчётливо несло сквозняком. Тем не менее, оказавшись на поверхности, она почувствовала немалое облегчение и на радостях горячо поблагодарила посланника за помощь.

Он отчего-то не выглядел счастливым.