Книга Север и юг, страница 189 – Софья Ролдугина

Дорога внизу была пустой – вся, сколько её видно.

«И куда подевались дружинники?»

Доска летела уже не так прытко, чуть быстрее, чем идёт пеший человек. Поисковый маятник теперь не смещался, а указывал всё время на одну точку – видимо, похитители добрались до места, где собирались остановиться на ночь.

— Как они тебя нашли? – спросил Алар отрывисто и подманил туман так, чтоб он прикрыл их снизу. – Случайно натолкнулись?

— Выследили, – сквозь зубы процедила Тайра. – Видать, ещё с той поры, как я в одиночку по городу ходила… А я и не замечала до последнего. Уже на базаре разглядела, попыталась среди телег укрыться, но куда там.

— Что ж, не зря дружина хлеб у лорги ест, раз они сумели обмануть и тебя, и меня, – холодно произнёс он, а жар в груди сделался уже нестерпимым, казалось, ещё немного – и кости вспыхнут, как лучина, а яростное пламя зальёт и лес, и город, и всю долину до самых гор. – Оставайся подле меня. И, чтобы ни случилось, не бойся.

Тайра пообещала, но вздрогнула в тот момент, а в глазах у неё промелькнула странная тень.

Стоило обогнуть холм, и стало ясно, куда делись дружинники. Они остановились под нависающей скалой, почти вплотную к лесу. Со стороны Свенна место ночёвки не просматривалось; с тракта они сошли на каменистом берегу, где следы гурнов терялись – особенно по темноте, а если бы прошёл дождь, то от них и вовсе бы ничего не осталось. Словом, обычному человеку, пусть даже имевшему достаточно смелости, чтоб пуститься в погоню за вооружённым отрядом, отыскать похищенную девочку было бы нелегко.

«А ведь они нисколько не боялись меня, – промелькнуло в голове. – Значит, привыкли к безнаказанности. Если эстру застать врасплох, не позволить обратиться к спутнику, то и трёх-четырёх мечников хватит, чтобы расправиться с ним… Да что там, если в толпе всадить нож под лопатку – никакая морт не поможет».

— Впрочем, – произнёс Алар вслух, чувствуя, как лицо от гнева превращается в застывшую маску, – нападать исподтишка могут не только они.

И – направил морт в лагерь.

Она хлынула, как приливная волна, как вода, проникая всюду и заполняя каждую щель. Но дружинники – просто люди, несмотря на свою безмерную спесь и смертоносные клинки, – её не ощущали. Они продолжали жечь костры, варить ужин, спорить, чистить гурнов, отчитываться командиру, скучать, зевать, дремать и бахвалиться друг перед другом; никто не ждал, что их станут преследовать эстра и бродяжка-кьярчи.

— Нашёл, – прошептал он.

— Рейну? – встрепенулась Тайра, до боли впиваясь пальцами в его плечи. – Она в порядке?

Потоки морт не касались девочки-киморта – огибали её, избегали; однако по колебаниям воздуха вокруг, по теплу, по едва заметным движениям можно было угадать, что с ней происходит. Слабое дыхание; неровное биение сердца; испарина и озноб…

Отчего-то даже без всякого спутника Алар знал: её отравили, одурманили.

«Вот только на севере прежде такой дурман не водился – это снадобье из Кашима».

— Будет в порядке, – ответил он наконец. – А они ведь знали, что киморта похищают, подготовились… Не в первый раз это делают. И ведь посмели же…

Челюсть свело; взгляд застлала ржавая пелена; выдох застрял в горле, и стоило немалых усилий снова начать дышать. Прежняя беспомощность отступила, растворилась в ярости. Странная лёгкость наполнила тело, и меч в руке казался не тяжелей пушинки. Морт слушалась даже не движения, а мысли, словно бы угадывала желания наперёд – и стекалась, стекалась отовсюду.