Книга Север и юг, страница 165 – Софья Ролдугина

— Старость – большая мудрость, – эхом откликнулась она, вспомнив подходящее случаю южное присловье.

Казначей довольно сощурил глаза и закивал, а затем отдал слугам приказ, чтобы гостью проводили.

Обратный путь занял куда меньше времени. Возможно, потому что красоты внутреннего убранства уже не привлекали внимания – или потому что ноги сами несли её к выходу, да так резво, что слуги едва поспевали за ней. К счастью, снаружи за эти несколько минут ничего не изменилось: купец всё так же изнывал от ужаса, терзая собственную бороду, а остальные терпеливо ждали. Оценив состояние Чирре, который до сих пор пребывал в тревожном забытьи, и несколько усталый взгляд Марта, Фог тут же приняла решение.

— Ты и твоя охрана последят за этими двумя, чтобы в моё отсутствие с ними ничего не случилось, – приказала она Халилю. – Если справишься, то потом отпущу тебя. А ты иди со мной, – повернулась она к Сидше.

Тот усмехнулся только:

— И куда делась та скромная дева-шимри, которая робко спрашивала о перелёте до Шуду…

— В пустыне потерялась, – в тон ответила Фог, с трудом сдерживая улыбку в предвкушении его реакции. – Ну же, пойдём!

— Ай, красавица, или не говорили тебе, что нельзя мужчину за рукав тянуть? А если поймут тебя неправильно?

Но она уже увлекла его за собой – в прекрасный сад, наполненный благоуханием цветов. Не изнеженных, как во владениях михрани, укрытых шелками днём и ночью, – нет, у здешних деревьев были узкие кожистые листья, суховатые на ощупь и выдерживающие даже яростный зной, а кустарник щерился острыми шипами. Белые, лиловые и багряные гроздья свисали почти до самой земли, источая приторный аромат; это был словно бы праздник необузданности, чрезмерности… но не зла: ни одного ядовитого цветка не нашлось во всём саду.

Вымощенные белым камнем дорожки уводили вглубь, вглубь, огибали дворец. Фонари на мирците вспыхивали при появлении человека мягким розоватым светом, окрашивая белые лепестки, и гасли, стоило отойти подальше. Фог, уже не стесняясь, тянула Сидше за собой, то и дело поглядывая на силуэт в небе, пока скрытый за ночной мглой.

— Долго ли ещё, красавица?

Ответить она не успела – вильнула дорожка в последний раз, и ярко вспыхнули большие лампы, освещая привязанный к швартовочной мачте дирижабль. Огромный – наверное, немногим меньше дворца, над которым он нависал. Сине-голубой баллон в тёплом розовом сиянии мирцитовых светильников стал пурпурно-лиловым, а белая гондола словно зарумянилась… И только мощные серебристые лопасти всё так же сверкали, привлекая взгляд.

— «Штерра», – прошептал Сидше, и глаза у него стали бездонными. – Ты нашла мою «Штерру»!

— И возвращаю её тебе, – с трудом сохраняя невозмутимость, ответила Фогарта. И протянула ему купчую: – Вот, держи. Это твоё. Что же за капитан без дирижабля… ой!

Договорить она не успела – Сидше подхватил её на руки, легко, как пушинку, и закружил, закружил, пока голову не повело. И у него, похоже, тоже, потому что в следующий момент они вместе покатились по вытоптанной земле, ещё хранившей солнечное тепло.

Было отчего-то и страшно, и сладко, и всё тело охватила дрожь.

Мелко и часто дыша, Фог смотрела, как Сидше нависает над ней, такой же раскрасневшийся и распалённый – и не могла пошевелиться.