Книга Беги или гори, страница 110 – Софья Ролдугина

Аринга была слишком крупной фигурой. Её исчезновение не может пройти незамеченным, даже если местные правила – на нашей стороне. Значит, будет… что? Разбирательство? Наказание?

— Тейт? – позвала я негромко.

— Да не знаю я точно, что происходит! – откликнулся он с искренней горячностью и бросил тёмный взгляд через плечо. – Сам всю голову сломал уже. Но у меня есть чутьё, и чутьё говорит, что Аринге нас подсунул Оро-Ич. Значит, надо к нему.

В душе у меня шевельнулась надежда.

— Думаешь, он разрулит эту ситуацию?

— Нет, конечно, – вздохнул Тейт. – Запутает ещё больше. Но зато скажет что-нибудь умное и не даст нас убить… ну, в крайнем случае! Круто, правда?

Да уж, и не поспоришь.

— А куда мы идём?

Вопрос был своевременный, потому что заросли как раз закончились и под ногами захлюпала вода. Мелкий быстрый ручей с песчаным дном извивался в траве, как агонизирующая змея. На другом берегу начинался лес. Деревья выглядели чудовищно: необхватные шишковатые стволы болезненно-красного цвета, серые иголки, корявые ветки и корни, растопыренные, как паучьи лапы. Хотя издали кроны казались редкими, плешивыми, небо почти не просматривалось, только порой мелькали в разрывах клочья облаков и зеленовато-голубые лоскуты. Каменистая почва явно была влажной, а кое-где виднелись розетки лишайника цвета индиго.

Я сглотнула.

Тейт проследил за моим взглядом и усмехнулся:

— Это не гаюс, ногу до колена не проест, но всё равно лучше не наступать. Нам в лабораторию Оро-Ича, а это прямо там, – ткнул он пальцем в жутковатые деревья. – Не бойся, я знаю дорогу.

— А если мастер не на месте?

— Подождём, в первый раз, что ли, – беспечно пожал плечами Тейт.

Чувствовала же, что тут какой-то подвох!

До спуска в лабораторию, слегка прикрытого гибкими гроздьями пурпурных цветов, мы добрались без проблем. Внутрь тоже прошли спокойно и даже почти пересекли холл, большую пещеру, кажется, вырезанную внутри огромного прозрачно-синего камня. Свет исходил словно со всех сторон; не понять было, источают стены и пол мягкое сияние или же отражают его.

«Красиво», – успела подумать я, а потом сознание на долю секунды помутилось. Полная дезориентация, как если проснуться от красочного сна; видения путаются с реальностью, а тело невесомо и будто бы не имеет очертаний, как туман.

С невероятным усилием я моргнула раз, другой, попыталась двинуться – и осознала, что завораживающая кристальная пещера исчезла; мы с Тейтом болтались над зловещей чёрной пропастью, лицом к лицу, плотно опутанные щупальцами. Они были твёрдыми и шероховатыми, точно базальтовыми, но источали слабое тепло, как живые. Голова кружилась, и откуда-то доносился слабый запах дыма и молочной сладости. С потолка свисали метрах в пятнадцати от нас две грозди красноватых светильников, позволяя в полной мере оценить хищную пустоту под ногами.

Рыжий дрыгнул ногами и поёрзал, испытывая путы на прочность.

Сердце ёкнуло и подскочило куда-то к горлу.

Мне, озябшей и ослабшей после скудного завтрака и финального перехода, больше похожего на неторопливую прогулку, Тейт казался не просто тёплым – огненным. И облегающий костюм нисколько не скрывал ни температуру, ни рельеф тела.

Щёки вспыхнули, как папиросная бумага; пульс участился.

Не мой пульс.

Я сглотнула насухо и отвернулась, насколько могла, так, что даже шея заболела. Скулу щекотали рыжие вихры, слабо пахнущие костром и сухой травой.