Книга Среди змеев, страница 26 – Марк Дж. Грегсон

Неожиданно раздается стук в дверь. Я тороплюсь открыть ее. Наверняка Элдон и есть мой новый штурман. Да, точно… Однако, выглянув в коридор, я тут же мрачнею. За порогом не Элдон. Этого человека я не видел с тех пор, как он пытался убить меня.

Глядя на его противную улыбку, я сжимаю кулак.

Явился Себастьян из Авелей.

— Ваше высочество, – кланяется Себастьян.

— Ты, – рычу я. – Ты мой новый штурман?

— Штурман? – Он смеется, брызжа слюной. – Я ужасный летчик. Это было бы смехотворно. С чего ты взял?

Я с отвращением утираю лицо рукавом.

— Что ты здесь делаешь? Разве тебя не судил Охотничий трибунал?

Себастьян – мой ровесник, хрупкого телосложения. У него черные волосы, бледное лицо и розовые губы. Он оглядывается на стражей у себя за спиной: те стоят, положив руки на автомушкеты. Поразительно, как мастер Коко допустила Себастьяна в мои покои столь легко. С другой стороны, она никогда не стремилась оградить меня от трудностей. Да и родственные связи Себастьяна – он племянник главной помощницы мастера Коко, – похоже, дают свои преимущества.

— Трибунал? – скучающе переспрашивает Себастьян. – Исключительно утомительная штука. – Изобразив руками двух собеседников, он цитирует деланым басом: – «Засим трибунал постановил даровать Себастьяну помилование, ибо, во-первых, угроза вражеского нападения как никогда высока, а во-вторых, мы считаем, что живой он послужит лучше, чем мертвый». – Опускает руки. – Вот ведь ирония: война забирает жизни, но мою сохранила. Цех теряет так много людей, что меня решено было пощадить. К несчастью только, я под домашним арестом на Венаторе. Совсем как ты. – Он почесывает щеку. – Итак, слышал, твой охотничий поход обернулся жутким провалом. Сколько людей погибло по твоей вине?

— Чего тебе, Себастьян?

— Хотелось бы войти.

— Я скорее вотру себе в глаза толченый перец.

— Как всегда, все усложняешь, – смеется он и протискивается в комнату.

Я вздыхаю и жестом останавливаю стража, который бросается за ним следом. Страж прищуривается, но затем отходит к стене и, прислонившись к ней, расслабляется.

Закрываю дверь.

Себастьян уже на моей кровати и забрасывает в рот виноградины. Первые несколько штук пролетают мимо, но вот одна наконец падает ему на язык. Подонок со счастливым смехом принимается жевать, роняя на подушку капельки сока.

— Чего ты хочешь на самом деле, Себастьян?

— С другом повидаться.

Я скрещиваю руки на груди:

— Ах да, мы же с тобой такие большие приятели. Славное было время, например, когда ты сломал шею Саманте, попытался настроить команду против меня или покушался на мою собственную жизнь… Помнишь?

— Много болтаешь, – говорит Себастьян. – Ротик открой.

С этими словами он кидает мне виноградину, но та, отскочив от моих губ, падает на пол.

— Я же почти попал! – обиженно восклицает Себастьян. – Но тебе вечно надо быть таким обломщиком, да?

— Ты шантажировал Брайс: послал убить меня, угрожая выдать ее тайну, – говорю. – Сбросить бы тебя с балкона.

Он фыркает:

— Я, кстати, всем уже рассказал, что Брайс из Нижнего мира. – Видя мой ошеломленный взгляд, Себастьян успокаивает меня: – Ладно, не всем. Но как уморительно подойти к кому-нибудь, кто не знает ни меня, ни Брайс, и сообщить, что она – лазутчик! Человек теряется, смех да и только.