Книга Среди змеев, страница 219 – Марк Дж. Грегсон

В небе царит сущий хаос. Кругом гарпуны, взрывы, сражающиеся корабли, ревущие монстры и сполохи зенитных зарядов. Ветер треплет полы куртки, пока я падаю вниз, через горнило сражения, в ничто, навстречу пустынной земле. Рядом нет ни одного корабля, да меня, скорее всего, и не видно с бортов. Щелкаю по камню коммуникатора, вызывая на связь экипажи, но вряд ли мои слова будет слышно из-за воющих вихрей.

Падаю все ниже и ниже. Ветром прижимает очки к лицу. К горлу подкатывает желчь, но тут до меня долетает рокотание. Бросив взгляд влево, я… ВОТ ЖЕ ДЕРЬМО!

Вижу свирепые синие глаза и надвигающуюся распахнутую пасть самой смерти. Детеныш гигатавна сейчас всосет меня в свою кислотную утробу.

Я по сравнению с ним просто жук, но смеюсь так громко, что меня чуть не тошнит. Вот уж не собирался проделывать старый трюк снова.

Я с трудом, борясь с порывами ветра, поднимаю правую руку, к которой прикреплен «Родерик». Целюсь в подбрюшье одного из колец, в место за челюстями. Выстрел должен быть чертовски точным, или я сам себя направлю с ускорением прямиком в пасть монстра.

Сделав вдох, жму на спуск. Крюк на цепи летит в сторону гигатавна. Хоть бы чешуя оказалась тонкой, иначе мне крышка.

И в тот момент, когда клешня с крюком взмывает в небо и впивается в красную пластинку брони, когда меня резко дергает и тащит наверх, к детенышу, весь мир словно взрывается от вопля его матери.

Тело взрослого гигатавна складывается внутрь себя, затянутое воронкой «Схлопывателя». ПОЛУЧИЛОСЬ! Мы убили эту чертову здоровенную зверюгу!

Я бы ликовал, но меня несет прямиком в пасть к ее отпрыску.

Я поднимаюсь к детенышу с невероятной скоростью. Даже дышать не могу. Пасть чудовища раскрывается в нетерпеливом ожидании, когда же я сам в нее прыгну.

На меня летит гигантская розовая глотка.

Я рассчитывал попасть к подбрюшью этого создания, но как тут минуешь такую широкую пасть! Подобравшись, я зажмуриваюсь и ору во все горло. Бум! Бьюсь об жесткую губу твари. Очки слетают со лба. По телу прокатывается волна боли. И все же я отчаянно толкаюсь ногами.

Почти ничего не видно. Перед глазами все вращается. Впрочем, ясно, что я удаляюсь от головы детеныша, издающего разгневанный рев, а потом лечу назад, но уже под челюсть.

Наконец-то ударяюсь о подбрюшье. Левое плечо взрывается болью. Похоже на перелом. Все болит, в голове туман, перед глазами плывет. Когтепушка не добрала полметра цепи, и я болтаюсь на этом отрезке. От колебаний тела детеныша меня мутит. Ремешок когтепушки тянет запястье, обдирает кожу. Он – единственное, что не дает мне сорваться.

Надо взобраться по свободному отрезку цепи.

Гигатавн выгибает шею. Обернувшись, смотрит, ищет. Он сорвет меня, как плод с ветки дерева.

Хватаюсь за цепь и, превозмогая боль в плече, начинаю лезть вверх по оставшемуся полуметру звеньев. Однако тут детеныш вздрагивает от чудовищного взрыва. Создание ревет, а меня окатывает жаром. Я с криком беспомощно висну на цепи. Стражи, проклятые идиоты!

Подношу к губам коммуникатор, чтобы сообщить… О нет, камушек треснул.

Надо как-то убраться с этой зверюги. Быстрее. Делаю два быстрых вдоха и выдоха. И, забыв о разбитом плече, ушибах и мути в глазах, начинаю лезть вверх. Спустя несколько секунд, полных мучительной боли, я вонзаю пальцы в трещины на чешуе зверя.