Книга Среди змеев, страница 18 – Марк Дж. Грегсон

* * *

— Она еще спит, Элис.

Громила прислонился к стене у каюты Брайс и смотрит своими тупыми глазками, как я приближаюсь. Элис. Прежде он считал имя моей матери обзывательством, но теперь из его уст оно звучит как какое-то увещевание. Что ж, у меня для Громилы тоже есть прозвище.

— Доброе утро, Задвуд.

Громила утирает нос здоровенной ручищей.

— Проваливай. Брайс уже много дней не спала.

— Сторожишь ее?

— Китон поставила на стреме. Мы знали, что рано или поздно ты захочешь разбудить Брайс. Вот я и берегу ее от тебя.

— С каких пор ты подался в альтруисты? – спрашиваю, и меня тут же осеняет: – Постой, – говорю, улыбнувшись. – Брайс тебе дорога. Она твоя подруга.

— Что с того?

— Я-то думал, что Атвуды только о себе пекутся.

— Подавись моим харчком, Элис. – Громила хмурит густые брови. – Брайс нужна нам. Кроме нее, никто ничего не знает о Нижнем мире.

— Сообщишь, как она проснется?

— Сперва она поест.

— Вот уж не думал, что ты станешь кому-нибудь нянькой, Громила.

Он с рычанием тянет ко мне свои пальцы-сардельки, но я уклоняюсь и отскакиваю назад. Мгновение мы меряем друг друга взглядами, сжав кулаки, а потом… я, покачав головой, начинаю ржать вместе с ним, как придурок.

Вот же сволочь тупая.

Позднее, тем же днем, пока мы летим в кильватере авианосца к Венатору, Китон с жаром представляет мне идею, как сделать корабль еще быстрее. Мы в белой комнате, машинном отделении «Гладиана», в окружении пультов, форсунок и труб. К стене прикреплен обручами цилиндр из армированного стекла, а внутри него – наш двигательный кристалл. Камень величиной с череп пульсирует светом, накачивая судно энергией.

— Если вычисления верны, – говорит Китон, – мы увеличим показатели «Гладиана» на триста процентов.

Я успеваю только пораженно взглянуть на нашего механика, а в следующее мгновение она уже бомбардирует меня сложными выкладками, перечисляет длинные формулы и уравнения. Я, конечно, знаком с азами кристаллической инженерии, но компетенция Китон намного превосходит мою.

В конце концов, окончательно запутавшись, поднимаю руку:

— Ладно, я тебе верю.

— Значит, можно попробовать?

— Разумеется. Но ты ведь понимаешь, что еще несколько минут – и нас приземлят на Венаторе? А потом мы лишимся даже доступа на борт.

Китон кивает.

— Начну немедленно. Много времени это не займет. Я… – Она осекается. – В общем, так-то уже начала работу…

Китон мнется, ожидая, видимо, отповеди за нарушение протокола. Однако ее самодеятельность меня не волнует. Команда должна уметь принимать решения, не дожидаясь отмашки.

— Надеюсь, сработает, Китон.

Просияв, она тут же возвращается к движку.

Выйдя в коридор, сворачиваю за угол и там, у прачечной, застаю Брайс. Волосы у нее торчком, словно сухая трава, а лицо выражает сосредоточенность; она что-то увлеченно строчит в блокноте. Инвентаризация – одна из многочисленных обязанностей квартирмейстера. Наконец, закрыв дверь прачечной, Брайс идет к трапу.

— Брайс.

Вздрогнув, она замирает. Потом, бросив мне: «Капитан», идет дальше.

— Прости, – извиняется на ходу, – я немного занята. Наверстываю по работе.

Я догоняю ее:

— Постой…

— Когда прибудем в порт Венатора, я должна знать, чего недостает, – говорит Брайс, ставя ногу на ступень трапа. – Необходимо пополнить припасы.