Онлайн книга «Всадники Перна»
|
Голоса в голове были ему незнакомы. Ему хотелось, чтобы они замолчали, не мешали ему подумать о боли в груди и о сне, которого он так отчаянно жаждал. «Арфист, ты не можешь уйти. Ты должен остаться. Арфист, мы тебя любим». Его озадачивали эти голоса. Он их не знал. Они не принадлежали Лессе или Ф’лару. Голоса звучали глубоко и настойчиво, и он слышал их не ушами. Они звучали в его голове, избавиться от них он не мог. Ему хотелось, чтобы его оставили в покое, дав возможность заснуть. Он так устал… Т’кул был слишком стар, чтобы его дракон настиг королеву, чтобы победить в схватке. Но он, Робинтон, еще старше Т’кула, который теперь уснул навеки. Если бы те голоса позволили ему тоже заснуть… Он так устал… «Тебе нельзя спать, арфист. Мы с тобой. Не покидай нас. Арфист, ты должен жить! Мы тебя любим». Жить? Конечно, он будет жить. Глупые голоса. Он просто устал. Ему хотелось спать. «Арфист, арфист, не покидай нас. Арфист, мы тебя любим. Не уходи». Голоса звучали негромко, но неотступно, не собираясь оставлять в покое его разум. Он почувствовал, что к его губам что-то поднесли. — Мастер Робинтон, ты должен попытаться проглотить лекарство. Сделай усилие. Оно облегчит боль. Этот полный тревоги голос был ему знаком. Лесса. Естественно, она встревожена после того, как Ф’лару пришлось убить всадника, к тому же еще переживания из-за кражи яйца, беспокойство Рамот’ы… «Арфист, слушайся Лессу. Ты должен слушаться Лессу, арфист. Открой рот. Ты должен попытаться». Он мог бы пренебречь просьбой Лессы, мог слабой рукой оттолкнуть кружку от своих губ и попытаться выплюнуть таявшую на языке горькую пилюлю, но голоса продолжали настойчиво звучать в его голове. Он позволил влить себе в рот вино и проглотил пилюлю. По крайней мере, им хватило любезности дать ему вина, а не воды. Арфисту Перна не подобает пить воду. Он не сумел бы проглотить ни капли воды с такой болью в груди. Внезапно внутри у него будто что-то щелкнуло. Боль в груди отступала, будто с этим щелчком лопнула тугая лента, сжимавшая сердце. Он облегченно вздохнул, подумав, что никогда прежде в полной мере не ценил отсутствие боли. — Глотни вина, мастер. Он вновь почувствовал, как его губ коснулся край кружки. Да, вино вполне способно завершить лечение. Вино всегда возвращало его к жизни. Но ему все равно хотелось спать. Он так устал. — И еще! «Ты можешь поспать позже. Ты должен послушать нас и остаться. Арфист, послушай! Мы тебя любим. Ты должен остаться» Робинтону начала надоедать их настойчивость. — Скоро он наконец появится? – В голосе Лессы звучала злость, какой он никогда прежде не слышал. И похоже, она плакала. Лесса плачет? «Лесса плачет из-за тебя. Не заставляй ее плакать. Останься с нами, арфист. Ты не можешь уйти. Мы тебя не отпустим. Лесса не должна плакать». Да, верно, Лесса не должна плакать. Робинтон всерьез не верил, что она плачет. Заставив себя открыть глаза, он увидел над собой ее лицо. И она в самом деле плакала! Слезы стекали по ее щекам на его безвольно раскрытую ладонь. — Не плачь, Лесса. Не хочу, чтобы ты плакала… – Во имя Скорлупы, ему не подчинялся собственный голос! Он откашлялся. Это совсем уже никуда не годится. — Не пытайся говорить, Робинтон, – сказала Лесса, сглатывая слезы. – Просто отдыхай. Тебе нужен отдых. Олдайв скоро будет. Я велела им поторопиться. Просто отдыхай. Еще вина? |