Книга Всадники Перна, страница 438 – Энн Маккефри

— Мы бы спросили твоего разрешения, госпожа Вейра, – слегка погрешив против истины, сказал Джексом, – но потом было столько всякого…

— Что ж… – начала Лесса.

— Что ж, – эхом отозвался Ф’лар, – хоть это и не твоя ответственность, Лесса, но, надеюсь, ты понимаешь, Джексом, до чего неловко бы вышло, если бы ты всерьез пострадал. Мы не можем допустить осложнений с одним из главных холдов.

— Понимаю, предводитель.

— Боюсь, неразумно сейчас настаивать на твоем утверждении в правах властителя холда.

— Я не хочу, чтобы Лайтол ушел, предводитель. Ни сейчас, ни потом.

— Твоя преданность делает тебе честь, но я вполне понимаю двусмысленность твоего нынешнего положения. Терпение никому не дается легко, друг мой, но оно порой вознаграждается.

Джексома привел в замешательство взгляд, которым обменялись Ф’лар и Лесса.

— И, – оживленно продолжил предводитель Вейра, словно почувствовав смущение юноши, – ты уже доказал сегодня свою находчивость, хотя, поверь мне, знай я, что ты зайдешь столь далеко, я дал бы тебе более конкретные указания.

Несмотря на суровое выражение лица Ф’лара, Джексом облегченно улыбнулся.

— На двадцать пять Оборотов в прошлое… – проговорил предводитель Вейра, на которого сам этот факт, похоже, произвел немалое впечатление.

Лесса фыркнула.

— На эту идею меня навели главным образом твои прыжки, Лесса, – сказал Джексом и, увидев удивление на ее лице, пояснил: – Помнишь, ты перемещалась вперед во времени прыжками по двадцать пять Оборотов, когда вела за собой Древних из прошлого? Вот я и подумал, что Д’рам, скорее всего, отправился именно на столько Оборотов назад, чтобы у него оставалось достаточно времени до начала Прохождения и ему не пришлось беспокоиться из-за Нитей.

Ф’лар одобрительно кивнул, и Лесса, похоже, несколько смягчилась. Рамот’а повернула голову к входу.

— А вот и твоя еда, – улыбнулась Лесса. – Больше никаких разговоров, пока не поешь. Рут’ тебя давно опередил: Рамот’а говорит, он только что прикончил третьего цеппи.

— Не беспокойся из-за трех-четырех лишних туш, – сказал Ф’лар, заметив, как Джексом поморщился, узнав о прожорливости дракона. – Вейр не обеднеет.

Вошла Менолли, тяжело дыша после подъема по лестнице – судя по выступившим на ее лбу каплям пота, достаточно быстрого. Когда Лесса воскликнула, что принесенной ею еды хватит, чтобы накормить целое боевое крыло, Менолли возразила, что, по словам Маноры, уже почти время ужина и они все вполне могут поесть и в вейре.

Если бы кто-то еще утром сказал Джексому, что ему предстоит наслаждаться ужином в обществе предводителей Бенден-Вейра, он от души поднял бы фантазера на смех. Несмотря на заверения Мнемент’а и Рамот’ы, он не мог спокойно есть, не проверив, как дела у Рут’а, так что Лесса разрешила ему выйти на карниз и взглянуть на белого дракона, приводившего себя в порядок возле озера. Снова заняв место за столом, Джексом обнаружил, что его бьет дрожь, и набросился на жареное мясо, восстанавливая силы.

— Расскажи еще раз, что те огненные ящерицы говорили про людей, – попросил Ф’лар, когда они расслабленно откинулись на спинки кресел.

— Файров не всегда удается заставить что-либо объяснить, – сказала Менолли, бросив вопросительный взгляд на Джексома: не хочет ли тот ответить сам? – Они настолько разволновались, когда Рут’ спросил, помнят ли они людей, что мысленные картины, которые они передавали, были лишены всякого смысла. Собственно, – Менолли помедлила, сосредоточенно сведя брови, – эти картины были настолько разными, что понять из них что-либо просто не удавалось.