Книга Всадники Перна, страница 394 – Энн Маккефри

— Если честно, куда больше информации приходит из тамошнего Морского холда. Я недавно получил сообщение от Пьемура, что всадники стали вести себя намного более скрытно, чем обычно. Они почти не общались с холдерами, по обычаям их времени, но позволяли тем иногда бывать в Вейре по делам. Внезапно, однако, все изменилось, и холдерам запретили приближаться к Вейру, под любым предлогом. Практически прекратились и полеты. По словам Пьемура, драконы взмывают в небо и тут же исчезают в Промежутке. Не кружат, не летают над землей. Просто уходят в Промежуток.

— Возможно, перемещаются во времени, – задумчиво проговорил Ф’нор.

Заир жалобно пискнул, и Робинтон поспешил его утешить. Файр вновь посылал странные мысленные образы: драконы, испепеляющие огненных ящериц, черная пустота и на миг мелькнувшее яйцо.

— Ваши друзья посылают вам те же образы? – спросил он, хотя, судя по удивленным выражениям лиц обоих, вопрос можно было не задавать.

Робинтон попытался уговорить Заира дать более четкую картинку, показать окрестности яйца, но не получил в ответ ничего, кроме ощущения пламени и страха.

— Будь они хотя бы чуть более разумны… – Арфист едва сдерживал раздражение. Цель была столь близка, но путь к ней преграждала ограниченность зрительного восприятия файров.

— Они все еще не в себе, – заметил Ф’нор. – Я потом попробую с Гралл и Бердом. Интересно, Менолли получает от своих файров такие же картинки? Спросишь ее, когда вернешься к себе в мастерскую, мастер Робинтон? У нее их целых десять, так что, может, хоть что-то прояснится.

Кивнув, Робинтон встал, но в последний момент вспомнил еще кое-что.

— Н’тон, ты был среди бронзовых, которые летали в Южный Вейр, чтобы узнать, не забрали ли яйцо туда?

— Был. В Вейре никого не оказалось, даже ни единого старого дракона. Он совершенно опустел.

— Не этого ли следовало ожидать?

* * *

Когда Джексом и Менолли верхом на Рут’е возникли в небе над Форт-холдом, Рут’ назвал свое имя сторожевому дракону, и его тут же окружили файры столь плотным кольцом, что белому дракону пришлось резко снизиться, прежде чем он снова смог взмахнуть крыльями. Едва он приземлился, файры, тревожно крича, набросились на него, его всадника и пассажирку.

Менолли пыталась успокоить огненных ящериц, которые цеплялись за ее одежду и путались в волосах. Две уселись на голову Джексому, еще несколько обвили хвостами его шею, а три лихорадочно били крыльями на уровне его глаз.

— Что это с ними такое?

— Они в ужасе! Говорят, драконы изрыгают на них огонь! – воскликнула Менолли. – Но ведь на самом деле ничего такого нет, глупенькие! Просто держитесь какое-то время подальше от Вейров!

Им на помощь пришли привлеченные возникшей суматохой арфисты. Они отцепили файров от Джексома и Менолли и строго отчитали тех, кто принадлежал лично им. Когда Джексом начал отгонять их от Рут’а, дракон посоветовал ему не беспокоиться, поскольку он, Рут’, сам их быстрее успокоит, а то малышей напугали воспоминания о том, как их преследовали огнедышащие драконы. Арфисты требовали новостей из Бендена, и Джексом решил оставить файров на милость Рут’а.

Арфисты получали от возвращавшихся в мастерскую файров полные ужаса образы: Бенден, полный громадных бронзовых драконов, изрыгающих пламя и готовых к бою, Рамот’а, ведущая себя как обезумевший от крови страж порога, странные картины одиноко лежащего на песке королевского яйца. Но больше всего встревожил арфистов образ драконов, испепеляющих огненных ящериц.