Книга Всадники Перна, страница 291 – Энн Маккефри

«Мне тоже», – подумал Робинтон, хотя и намеревался во всем разобраться. Он уже договорился с Фандарелом и Терри об обмене знаниями между цехами. Бесспорно, Перн лишился многих ушедших в небытие технологий из-за ревности цехов друг к другу. Стоило кому-то из мастеров рано умереть, не передав всех секретов своего ремесла, и жизненно важные сведения исчезали навсегда. Ни Робинтон, ни его предшественник не одобряли эту странную традицию. Помимо Робинтона, все тайны его профессии знали пятеро старших арфистов, а также трое прилежно учившихся подмастерьев. Одно дело – хранить опасные тайны, и совсем другое – не дать умереть секретам ремесла.

Коричневый дракон приземлился на утесе Форт-Вейра, и Робинтон соскользнул с его мягкого плеча, поблагодарив зверя. Тот взмыл в воздух и начал снижаться в Чашу, освободив место следующему.

Узкая дорожка из светильников вела к массивным Звездным Камням, черные очертания которых выделялись на фоне ночного неба. Среди собравшихся там Робинтон заметил громадную фигуру мастера-кузнеца, выпирающий живот Вансора и стройную фигурку Лессы.

На самом большом и плоском из Звездных Камней стояла тренога с установленной на ней длинной трубой дальногляда. Сперва арфиста разочаровала простота устройства – просто толстый цилиндр с присоединенной сбоку трубкой поменьше, – но он тут же рассмешил себя, представив, как мучило Фандарела страстное желание разобрать инструмент и изучить принципы его работы.

— Как поживаешь, Робинтон? – спросила Лесса, подходя к нему и протягивая руку.

Он сжал ее ладонь, ощутив гладкую кожу своими мозолистыми пальцами.

— Размышляю над тем, сколь эффективна может быть простота, – небрежно ответил он. И не смог удержаться от вопроса о Брекке.

Пальцы Лессы дрогнули в его руке.

— С ней все хорошо, настолько, насколько можно ожидать. Ф’нор настоял, чтобы ее перенесли к нему в вейр. Он к ней очень привязан, и не только потому, что она за ним ухаживала. С ней всегда кто-то есть: либо он, либо Манора, либо Миррим.

— А… Килара?

Лесса выдернула руку:

— Жива!

Робинтон промолчал, и Лесса, помедлив, продолжила:

— Как же не хочется терять такую прекрасную госпожу Вейра, какой могла стать Брекка… – Помолчав, она твердо добавила: – Поскольку теперь ясно, что один человек может запечатлеть не только одного дракона, Брекка будет в числе претенденток, когда в Бендене вылупятся детеныши. Что случится очень скоро.

— Полагаю, – сказал Робинтон, тщательно подбирая слова, – не всем нравится отход от традиций?

Хотя он не мог видеть в темноте лица Лессы, он почувствовал ее взгляд.

— На этот раз дело не в Древних. Думаю, они даже не сомневаются, что она не сможет запечатлеть во второй раз, так что им все равно.

— Кто тогда?

— Ф’нор и Манора категорически против.

— А Брекка?

Лесса раздраженно фыркнула:

— Брекка молчит, даже глаз не открывает. Но не может же она все время спать! Ящерицы и драконы говорят, что она бодрствует. Понимаешь, – взволнованно заговорила Лесса, давая понять, что тревожится за Брекку куда сильнее, чем готова была признаться даже самой себе, – Брекка может слышать любого дракона. Как я. Кроме нас двоих, никто больше не может. И все драконы ее слушают.

Лесса беспокойно переступила с ноги на ногу, и Робинтон заметил, как она невольно потирает руками бедра.