Книга Десять погребальных нот, страница 32 – Ирина Голунцова

— Рада, что с вами всё хорошо, – кивнула Хань И. – Позволите нам обменяться парой слов наедине?

— Разумеется.

Стоило Шу Дуньжу отойти, Хань И стёрла с лица улыбку и отвела Хань Цзишэ в сторону. Она действительно была рада видеть его и знать, что с ним всё в порядке, однако беспокойство терзало сердце из-за новых знакомых.

— Он очень подозрительный, – словно прочитав её мысли, отметил Хань Цзишэ. – Слишком уж добрый и красивый для мужчины.

Зацепившись за мысль о подозрительности, Хань И не обратила внимания на последнее замечание племянника.

— Мне кажется, это женщина, – со всей серьёзностью пояснил он.

Тяжкий вздох вырвался из груди Хань И. Она покачала головой, поражаясь тому, что Хань Цзишэ волновали далеко не те проблемы, о которых стоило переживать.

— Женщина или мужчина, не это важно. Подозрительно, что в конце концов мы оказались с этой парочкой. К тому же у меня есть подозрение, что они изначально знали, где мы оказались. Не теряй бдительности. Позже обсудим подробности.

Кивнув, но с таким сомнением, что Хань И едва не начала молиться богам, Хань Цзишэ всё же пошёл вместе с ней к так называемым учёным. Шу Дуньжу разместился напротив Юнь Сяо. Хань И не хотелось сидеть рядом со своим спасителем, поэтому, мысленно извинившись перед Хань Цзишэ, она тоже заняла место напротив. Хотя не сказать, что лицезреть его мрачный вид было приятно.

— Я взял на себя смелость заказать для всех чая и пирожки с мясом, хозяин сказал, они очень вкусные, – улыбнулся Шу Дуньжу. – Даже несмотря на то, что мы оказались в Диюе, голод нас не покинет.

— Когда вы поняли, что мы оказались в Диюе? – поинтересовалась Хань И, решив не чесать ногу через башмак^[48].

— Ну-у, – задумчиво протянул Шу Дуньжу, постучав пальцем по подбородку. – Думаю, когда увидел письмена в пещере, перечисляющие грехи.

— Письмена? – усомнилась Хань И.

— А ты их не видела? – удивился Хань Цзишэ.

Нет, Хань И их не видела, точнее, не уделила времени для изучения пещеры, когда сидела в углу и плакала. Но весьма странно, что она не заметила письмена. Допустим, она оказалась недостаточно внимательна, однако парочка учёных вела себя подозрительно с момента знакомства.

— Вы же знаете, что собой представляет Диюй? – воспользовавшись повисшей тишиной, обратился к ней Шу Дуньжу.

— Место, где пытают грешников? – риторически уточнила Хань И.

Её голос прозвучал немного едко, поэтому повисла неловкая пауза, которую удачно сгладил мужичок, принёсший чай с пирожками. От чудесного запаха, поднимавшегося от белых пампушек, у Хань И рот наполнился слюной. Она потянулась за угощением, но тарелка вдруг отъехала в сторону.

— Ты уже поела, – сухо заметил Юнь Сяо.

Сказать, что Хань И едва не убила его взглядом – ничего не сказать. Зато Хань Цзишэ проявил ловкость рук, подхватив горячий пирожок и с нескрываемым удовольствием надкусив мягкое тесто. От гневного взгляда Юнь Сяо у Хань И невольно вырвался смешок.

— Будет тебе, Юнь Сяо, пусть покушают, – ласково пожурил его Шу Дуньжу, подвинув тарелку с угощением на центр стола. – Нам нужно набраться сил, чтобы идти дальше.

— Что, уже? – с набитым ртом буркнул Хань Цзишэ, откровенно удивившись.

— Нет, конечно же, не сейчас. Кушай-кушай, —придвигая к нему тарелку с пирожками, улыбнулся Шу Дуньжу, а затем обернулся к Хань И. – В общем смысле госпожа права, это место, куда отправляются души после смерти. В первом зале их судит великий судья Циньгуан-ван^[49]. В его зале происходит суд над душами: безгрешные отправляются сразу в десятый зал для перерождения, а остальным нужно пройти восемь залов и поплатиться за свои грехи, чтобы вновь переродиться.